home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



22

– Ты притворился… притворился, что мой поцелуй повлиял на тебя… – хрипло выдавила я.

Роман, продолжавший смеяться, шагнул ко мне, и я сморщилась, пытаясь придумать, как сбежать из собственной квартиры. В комнате, несколько мгновений назад казавшейся уютной и безопасной, внезапно стала тесно и душно. И хотя квартира была маленькой, дверь теперь находилась слишком далеко. Я не могла дышать. Веселый блеск его глаз сменился изумлением.

– В чем дело? Чего ты боишься?

– А ты как думаешь?

Он заморгал.

– Меня?

– Тебя. Ты убиваешь бессмертных.

– Ну да, – подтвердил он, – но тебе я никогда не причинил бы вреда. Ты знаешь это, правда? – Я не ответила. – Неужели не знаешь?

Я попятилась, но знала, что бежать некуда.

Роман все еще удивлялся моей реакции.

– Брось. Ни за что не поверю. Я бы тебя и пальцем не тронул. Можно сказать, я почти люблю тебя. Проклятие, неужели ты не понимаешь, какой вред уже нанесла всей операции?

– Я? Что я сделала?

– Что сделала? Украла мое сердце, вот что. В тот день в магазине, когда ты обратилась ко мне за помощью, я не мог поверить своему счастью. До этого я следил за тобой всю неделю, изучая твои привычки. О боже, я никогда не забуду день, когда увидел тебя впервые. Ты была такой красивой… Тогда я пошел бы за тобой хоть на край света. А позже… когда ты отказалась куда-нибудь пойти со мной после презентации, я с трудом в это верил. Знаешь, по плану ты должна была стать моей первой жертвой. Но я не смог это сделать, после того как поговорил с тобой, и понял, кто ты такая.

Я проглотила слюну. Я была заинтригована против собственной воли.

– Какая?

Он шагнул ко мне и уныло улыбнулся.

– Суккуб, который не хочет быть суккубом. Суккуб, который хочет стать человеком.

– Нет, это неправда…

– Конечно, правда. Мы с тобой – два сапога пара. Ты нарушаешь правила. Тебе надоела система. Ты не соглашаешься играть отведенную тебе роль. О боже, я следил за тобой и не верил собственным глазам. Чем больше интересовалась мной, тем сильнее ты сопротивлялась искушению. По-твоему, это обычное поведение суккуба? Я никогда не видел ничего более удивительного… и более ужасного. Вот почему сегодня я решил все выяснить. Потому что не мог понять, что тобой руководит. То ли нежелание причинить мне вред, то ли интерес к кому-то другому. Вроде Мортенсена.

– Значит, ты придумал эту дурацкую игру только для того, чтобы потешить свое самолюбие?

Роман беспечно пожал плечами, все еще довольный собой.

– В твоем изложении это выглядит слишком мелочным. Что ж, согласен, это было глупо. И даже слегка по-детски. Но я должен был знать, как велико твое чувство. Ты не представляешь себе, до какой степени меня тронуло, что ты волнуешься за меня. Не говоря о том, что я оказался первым, о ком ты вспомнила. Это доставило мне кайф: значит, ты отдаешь мне предпочтение перед всеми остальными.

Я едва не сказала, что на самом деле моей главной заботой был Сет. Но я сначала позвонила Роману, так как считала, что Сету в данный момент ничто не грозит. К счастью, мне хватило ума вовремя прикусить язык. Пусть Роман думает, что прав.

– У тебя проблемы, – вместо этого неосторожно сказала я. – Ты заставляешь меня прыгать сквозь кольца. Меня и других бессмертных.

– Возможно. Извини, что причинил тебе неудобства. Но остальные? – Он покачал головой. – Это им только на пользу. Джорджина, они нуждаются в уроке. Разве они не злят тебя? Что они тебе дали? Ты явно недовольна своей судьбой, но разве начальство позволяет тебе что-то изменить? Нет. Так же, как не дает покоя мне и моей родне. Эта система порочна. Она закоснели в своем понимании того, что хорошо, а что плохо. Никаких полутонов. Никакой гибкости. Именно поэтому я прихожу и делаю то, что делаю. Им нужно стряхнуть пыль с ушей. Они должны знать: не им одним решать, что такое грех и спасение. Некоторые из нас еще борются.

– Приходишь… И как часто ты это делаешь? В смысле совершаешь убийства?

– Не так часто. Каждые лет двадцать-пятьдесят. Иногда раз в сто лет. На какой-то период это помогает, но через некоторое время система снова начинает доводить меня до белого каления, и я выбираю новое место и новых бессмертных.

– Но действуешь по тому же плану? – Я вспомнила символы в апартаментах Джерома. – Сначала предупреждение, а потом решающее сражение?

Роман оживился.

– Отлично. Я вижу, ты времени даром не теряла. Да, обычно так и бывает. Сначала я выбираю нескольких бессмертных низшего ранга. Это легкая добыча. Правда, я всегда испытываю из-за них угрызения совести. На самом деле они такие же жертвы системы, как и мы с тобой. Но это сбивает с толку высших бессмертных. А потом сцена освобождается для главных действующих лиц.

– Джером, – мрачно произнесла я.

– Кто?

– Джером. Местный архидемон. – Я помедлила. – Твой отец.

– Гм-м… Да.

– Что это значит? Ты говоришь о нем так, словно он мелкая сошка.

– В каком-то смысле так оно и есть.

– Да… но он твой отец.

– Ну и что? Наша связь – точнее, ее отсутствие – ничего не меняет.

Джером говорил о Романе почти то же самое. Сбитая с толку, я опустилась на подлокотник кресла, похоже, мое неминуемое уничтожение было совсем не таким неминуемым.

– Но разве он… разве он не реальная цель? Не тот бессмертный высшего ранга, которого ты пришел убить?

Роман покачал головой, его лицо вдруг стало серьезным.

– Ты не понимаешь. Дело не в этом. Покончив с кем-нибудь из низших бессмертных, я переключаюсь на местную шишку. Большого начальника. Это еще сильнее выбивает всех из колеи. Понимаешь, важнее всего психологический эффект. Если я добираюсь до самого главного, никто не может чувствовать себя в безопасности.

– Значит, это должен быть Джером.

– Нет, не он, – терпеливо ответил Роман. – Хоть мой папаша и архидемон, он здесь не самый главный. Пойми меня правильно: я получаю удовлетворение, гадя на его территории, если так можно выразиться, но здесь есть тот, по сравнению с кем ваш архидемон – карлик. Вряд ли ты его знаешь. У тебя нет причины с ним общаться.

Тот, по сравнению с кем Джером – карлик? Остается только…

– Картер. Ты ищешь Картера.

– Это его имя? Местного ангела?

– Он сильнее Джерома?

– Намного. – Роман с любопытством посмотрел на меня. – Ты с ним знакома?

– Слышала… о нем, – солгала я. – Ты прав, я с ним не общаюсь.

Мой мозг лихорадочно заработал. Значит, его цель – Картер? Спокойный, ироничный Картер? У меня не укладывалось в голове, что он могущественнее Джерома, впрочем, я почти ничего о нем не знала. Не знала даже, в чем заключается его работа или миссия, которую он выполняет в Сиэтле. Мне было ясно одно (и, похоже, только мне): если ангел действительно намного сильнее Джерома, то Роман ничего не может с ним сделать. Конечно, если действует правило, что сила нефилима не может превышать силу его родителя. В этом случае Роман не причинит вред ни ангелу, ни демону.

Однако я и тут промолчала. Роман не должен догадаться, что я знала Картера лучше, чем он думал. Пусть переоценивает свои возможности. Чем больше он будет питать иллюзий, тем легче мы с ним справимся.

– Вот и хорошо. Вряд ли суккуб может дружить с ангелом, но кто тебя знает… Острый язык не мешает тебе иметь множество поклонников. – Роман слегка расслабился, прислонился к стене и скрестил на груди руки. – Бог свидетель, я уже и так изменил своим принципам, пытаясь не трогать твоих друзей.

Гнев помог мне справиться со страхом.

– Да ну? А как же Хью?

– Это который?

– Бес.

– Ах да. Ну, этого малого следовало слегка проучить. Он нагрубил тебе. Но я его не убил. – Он посмотрел на меня так, словно искал одобрения. – Это было сделано для твоей же пользы.

Я промолчала и вспомнила, как выглядел Хью в больнице. Груб?

– А остальные? – продолжил он. – Этот нахальный ангел-хранитель? Вампир, который тебе угрожал? Мне захотелось свернуть ему шею, не сходя с места. Я избавился от них ради тебя. По собственной инициативе.

Мне чуть не стало плохо. Я не желала смерти ни Люсинде, ни Дьюану.

– Очень тебе признательна.

– Не стоит благодарности. Я все равно должен был что-то сделать. Но когда я встретил на уроке танцев твоего друга вампира, то не смог заставить себя причинить ему вред. Ты загнала меня в угол. Пришлось обойтись без новых жертв.

– Прошу прощения за доставленные неудобства! – От его притворства я потеряла терпение. – Именно поэтому ты набросился на меня в тот вечер?

Он нахмурился.

– Ты о чем?

– Сам знаешь! – Мысль о нападении заставила меня покопаться в памяти. Это случилось после посещения «Хрустального пинцета», на следующий день после концерта, когда я сбежала от Романа. У него был повод разозлиться и отомстить мне. – Вспомнил? На следующий день после концерта Дага. После вечера, который я провела с Сетом.

– Ах, вот ты о чем…

– И это все, что ты можешь сказать?

– Ну да, признаюсь, это выглядело немного по-детски, но ты не можешь меня осуждать. Думаешь, легко было видеть, что ты любезничала с Мортенсеном, а мне дала от ворот поворот? Накануне я следил за вами и видел, как ты поехала к нему. Я должен был что-то сделать.

Я вскочила с кресла. Мои мрачные предчувствия вернулись.

– Что-то сделать? Избить меня до полусмерти в темном переулке?

Роман поднял бровь.

– О чем ты говоришь? Я же сказал, что никогда не причинил бы тебе вреда.

– А ты о чем говоришь?

– О кафе-мороженом. Я следил за вами весь день, а когда увидел, как вы воркуете, мне стало обидно. Я открыл дверь и устроил небольшой кавардак. Поступил как мальчишка. Вот и все.

– Да… – Я умолкла на полуслове, вспомнив, как порыв ветра распахнул дверь и сдул все, что стояло и лежало на столах и прилавке.

Такой вихрь был для Сиэтла редкостью, но мне и в голову не пришло приписать ему сверхъестественное происхождение. Роман был прав: это выглядело по-детски.

– О каком темном переулке ты говорила? – напомнил он.

Я заставила себя забыть о случае в кафе.

– Позже… в тот же вечер. Я возвращалась домой, а ты… или кто-то другой… напал на меня.

Лицо Романа окаменело, глаза сделались стальными.

– Рассказывай. Рассказывай все, что случилось.

Я сообщила ему, как нашла ссылку на книгу Харрингтона, поехала за ней в «Хрустальный пинцет», оставила машину далеко от дома и пошла пешком. Но про своего спасителя промолчала. Роману не следовало знать, что с Картером меня связывает не просто шапочное знакомство и что я могу помешать осуществлению его планов. Если нефилим будет думать, что мне нет до ангела никакого дела, у меня появится возможность предупредить Картера.

Когда я закончила, Роман прислонился головой к стене и вздохнул, внезапно превратившись из опасного убийцы в усталого человека, которого я почти любила.

– Я так и думал. Я знал, что просить не вмешиваться бесполезно.

– Что… что ты имеешь в виду? – У меня по спине побежали мурашки.

– Ничего. Не обращай внимания. Послушай, прости меня. Я должен был принять меры предосторожности. Я знал… Ты говоришь, на следующий день? После того как я пришел, а ты порвала со мной? Я чувствовал твою боль, хотя ты и трансформировалась. Чувствовал, что причина этой боли сверхъестественная, но мне и в голову не пришло, что… Я думал, это сделал кто-то из бессмертных, входящих в твой кружок. Тот, с кем ты путалась. На тебе еще оставались слабые следы… влияния кого-то другого… вроде демона…

– Но это не… Ох… Ты имеешь в виду Джерома?

– Опять дорогой папочка? Только не говори мне… не говори мне, что это тоже его рук дело. – Спокойствие Романа оказалось коротким, его лицо снова приняло зловещее выражение.

– Нет-нет! – быстро сказала я, вспомнив психическую атаку Джерома, пригвоздившую меня к спинке дивана. – Все было не так. Просто в тот раз он продемонстрировал мне небольшую часть своей силы. Он не хотел причинить мне вред. И никогда не причинил бы.

– Ладно. То, что случилось в переулке, мне очень не нравится, но с виновной стороной я разберусь. Можешь быть уверена, это больше не повторится. Когда я увидел тебя в тот день, то решил перебить всех бессмертных в этой епархии. Мысль о том, что кто-то посмел причинить тебе вред… – Роман подходил ко мне все ближе и ближе. Когда он сжал мою руку, мне захотелось отпрянуть и одновременно броситься в его объятия. Я не знала, как совместить старое влечение с новым страхом. – Джорджина, ты сама не знаешь, насколько дорога мне.

– Но тогда… там… в переулке…

Не успела я додумать эту мысль, как ей на смену пришла другая, вызванная словами Романа. «Когда я увидел тебя в тот день»… Он находился у меня в то время, когда Картер улетел, среагировав на появление нефилима. Но это было невозможно. Я не могла вспомнить, из какого именно района поступил сигнал, однако он пришел откуда-то издалека. Роман не мог отвлечь Картера и раньше его попасть в мою квартиру.

«Я знал, что просить не вмешиваться бесполезно… С виновной стороной я разберусь».

И тут до меня дошло, почему Роман думает, что может одолеть Картера. Почему превосходство ангела в силе можно не принимать во внимание. От осознания этого у меня защемило в груди. Не знаю, что отразилось на моем лице, но Роман посмотрел на меня с сочувствием.

– Что случилось?

– Сколько? – прошептала я.

– Чего «сколько»?

– Сколько нефилимов в городе?


предыдущая глава | Падший ангел | cледующая глава