home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



10

О господи, о чем я думала? Мне предстояло отработать целый день! Более того, до начала смены оставалось десять минут. На сборы времени не оставалось. Я вздохнула и трансформировалась. Халат сменился серыми слаксами и блузкой цвета слоновой кости, прическа и косметика стали безупречными. Но избежать чистки зубов и опрыскивания духами было нельзя. Справившись с этими задачами, я схватила сумку и понеслась сломя голову.

В вестибюле меня окликнул клерк.

– Для вас кое-что есть. – Он протянул мне какую-то плоскую коробку.

Продолжая думать о времени, я быстро сорвала бумагу и ахнула. На коробке было написано «Раскрась картинку». А под этим красовалась реклама: «Создайте собственный шедевр! Здесь есть все нужное, чтобы вы почувствовали себя настоящим художником!» Шедевр, который я могла создать, представлял собой пустынный ландшафт с гигантским кактусом с одной стороны и воющим койотом с другой. В небе парил орел, а рядом с ним проглядывала голова индейца, лишенная туловища. Большей дешевки и не представишь.

К коробке был приклеен листок бумаги. Записка гласила: «Начните с самого простого. С любовью, Роман». Почерк был таким красивым, что казался ненастоящим.

Я фыркнула и пошла дальше. Добравшись до своего кабинета, я села за компьютер и обнаружила второй сюрприз за сегодняшний день: еще одно электронное послание от Сета, отправленное в пять часов утра.

«Джорджина!

Несколько лет назад во время работы над «Богами золота» я познакомился на курсах по южноафриканской археологии с одной женщиной. Возможно, у женщин это проходит иначе, чем у нас, мужчин, но, когда я знакомлюсь с привлекательной женщиной, время для меня останавливается. Планеты выстраиваются в очередь, и я перестаю дышать. Ангелы сами спускаются, садятся ко мне на плечо и шепчут о любви и преданности, в то время как другие не столь небесные создания сулят более земные и плотские наслаждения. Догадываюсь, что это неотъемлемая черта человечества.

Но вернемся к этой женщине. Мы понравились друг другу и очень долго встречались. Иногда мы не могли расстаться ни на минуту, а потом не виделись месяцами. Должен признаться, второе происходило чаще по моей вине, чем по ее. Я уже говорил что Кейди и О'Нил – публика очень требовательная. Когда я писал, то не мог думать ни о чем, кроме своего романа. И делать тоже. Я знал, что это причиняло ей боль, знал, что она была из тех людей, которым хочется создать семью и вести тихую и спокойную жизнь. Я таким человеком не являлся и не уверен, что стал им сейчас, но мне нравилось думать, что рядом всегда есть тот, на кого можно положиться и к кому я всегда смогу обратиться за помощью. По отношению к ней это было нечестно, нельзя все время держать человека в подвешенном состоянии. Мне нужно было покончить с этим раньше, но я оказался эгоистом и к тому же слишком любил комфорт.

Однажды я позвонил ей после нескольких месяцев молчания и с изумлением услышал на том конце провода мужской голос. Потом она взяла трубку и сказала, что встретила другого человека, так что больше мы видеться не сможем. Сказать, что я испытал шок, было бы преуменьшением. Я начал лепетать, что она мне очень дорога и не должна отказываться от связывавшего нас чувства. Она вела себя безупречно, понимая мое психическое состояние, но, в конце концов, поставила точки над i объяснив, что не могла ждать вечно. У нее есть своя жизнь.

Причин, которые заставили меня поведать вам случай из жизни Сета Мортенсена, две. Во-первых, я должен извиниться перед вами за вчерашнее. Несмотря на свое брюзжание, я все же собирался встретиться с вами. За пару часов до начала матча я приехал домой переодеться, и вдруг меня посетило вдохновение, которое не приходило ко мне весь день. Я начал писать, надеясь закончить через час. Но, как вы, наверное, догадываетесь, это заняло намного больше времени. Я совершенно забыл про игру… и про вас. Не слышал, как звонил мой мобильник. Не думал ни о чем, кроме того, как поскорее запечатлеть эту историю на бумаге (точнее, на экране).

Боюсь, именно в этом и состоит моя проблема. Так случилось с моей бывшей возлюбленной, так случается с моими родными и, к несчастью, произошло с вами. Только не напоминайте моему брату, как я чуть не пропустил его свадьбу. Миры и люди, обитающие в моей голове, настолько реальны, что я порой не могу отличить реальность от вымысла. Я вовсе не убежден в том, что мир Кейди и О’Ниле является моей выдумкой. Я ненавижу обижать людей. После этого я ужасно переживаю, но ничего не могу с собой поделать.

Конечно, это не оправдывает мое вчерашнее поведение, но я надеялся, что вы поймете, как тяжело жить в двух мирах одновременно. Я очень виноват перед вами.

Вторая причина заключается в ваших словах «Кейди получила свое». Думая о ее отношениях с О'Нилом, я решил, что она не из тех женщин, которые будут ждать вечно. Поймите меня правильно: я не считаю, что у Кейди и моей бывшей гёрлфренд много общего. Кейди не стремится к мирной супружеской жизни с О'Нилом. Она умная и страстная женщина, которая любит жизнь и хочет жить. Многих читателей огорчит, что она изменила О'Нилу и перестала играть роль его комнатной собачки, но думаю, что это было необходимо. Давайте посмотрим в лицо фактам: О'Нил без зазрения совести пользуется ее чувством и должен получить урок. Возможно, именно этого не хватало главным героям, чтобы пожениться? Читатели часто задают мне этот вопрос. Естественно, у меня, как их создателя, на устах печать, но могу сказать только одно: я задумал еще несколько книг с их участием, а после свадьбы главных героев читатели теряют к ним интерес.

Сет.

P.S. Кстати, я купил квартиру. Мисти была так возбуждена, что отвезла меня туда, после чего мы занимались любовью на гранитном парапете крыши.

P.P.S. Ладно, последняя фраза моя выдумка. Я уже говорил, что я мужчина. И писатель».

Я терла слипавшиеся глаза и лениво обдумывала содержание письма. Значит, у Сета была постоянная подружка. Вот тебе и раз. Впрочем, это не удивительно. Сексуальные сцены он явно писал с натуры, одной фантазии для этого недостаточно. И все же было трудно представить себе интроверта Сета принимающим участие в общественных мероприятиях, которых невозможно избежать при долголетней связи.

А объяснение того, почему он так и не пришел… Как к нему относиться? Он прав: взрыв вдохновения – не оправдание. Впрочем, теперь случившееся казалось не таким обидным: это была не сознательная грубость, а простая забывчивость. Нет, забывчивость – это тоже обидно. Рассеянность – вот подходящее слово. «Это не такая уж страшная вещь», – думала я, потому что только игнорирование реального мира позволяет ему создавать мир вымышленным. Просто я этого не знала.

Я думала над этим все утро. С каждой минутой мой вчерашний гнев уменьшался, а уважение к труду писателя возрастало. Когда наступило время ленча, мне стало ясно, что о вчерашнем недоразумении можно забыть. Он не хотел меня обидеть, а вечер получился неплохой.

Во второй половине дня ко мне забрел Уоррен.

– Нет, – тут же сказала я, увидев его взгляд. Я терпеть не могла его торопливость, но в ней было что-то зловеще притягательное. – У меня отвратительное настроение.

– Я тебе его улучшу.

– Говорят тебе, я бросаюсь на людей.

– Вот и прекрасно. Мне это нравится. – Во мне начал просыпаться инстинкт суккуба, требовавший пищи. Я разозлилась на собственную слабость. – Кроме того, я занята. У меня есть дела… Я должна… кое-что сделать. – Мои слова звучали неубедительно, и Уоррен это почувствовал.

Он подошел, опустился на колени у кресла и погладил мое бедро. На мне были слаксы из тонкого шелка, и ощущение пальцев, поглаживавших меня через ткань, было более возбуждающим, чем прикосновение к обнаженной коже.

– Как прошло твое вчерашнее свидание? – пробормотал он, затем поцеловал меня сначала в ухо, а потом в шею.

Несмотря на все свои благие намерения, я послушно нагнула голову. Ощущение было приятным, а когда Уоррен начал меня слегка покусывать, стало еще приятнее. Конечно, назвать его моим бойфрендом было нельзя, но наша связь носила более-менее постоянный характер.

– Нормально.

– Ты была с ним?

– Увы, нет. Я спала одна.

– Хорошо.

– Но сегодня вечером он придет снова. На урок танцев.

– В самом деле? – Уоррен расстегнул две верхние пуговицы на моей блузке, под которой был светло-розовый кружевной лифчик. Кончики его пальцев прошлись сначала по одной моей груди, потом по другой. Затем он начал ласкать через кружева сосок. Я закрыла глаза, удивленная силой собственного желания. Я помогла Хью подписать договор с Мартином слишком недавно, чтобы нуждаться в новом совокуплении. Но ко всегда жившему во мне голоду теперь примешивалось желание. Чистый инстинкт… – Мы представим его Марле.

Марлой звали жену Уоррена. Мысль уступить Романа этой старухе насмешила меня.

– Ты ревнуешь, – поддразнила я.

Потом притянула Уоррена к себе, и он опрокинул меня на стол. Я стала расстегивать его брюки.

– Да, – проворчал он, потом наклонился, снял с меня лифчик, потянулся губами к соску и вдруг замешкался. – Ты уверена, что не была с ним?

– Если бы что-то такое случилось, я бы запомнила.

Тут раздался стук в дверь. Уоррен быстро отпрянул в сторону и натянул брюки.

– Дерьмо!

Я рывком села и сползла в кресло. Пока Уоррен смотрел на дверь, я провела быструю трансформацию, приведя себя в порядок и застегнув блузку. Когда я удостоверилась, что мы оба прилично выглядим, то сказала:

– Войдите.

На пороге появился Сет. У меня отвисла челюсть.

– Привет, – пробормотал он, глядя то на меня, то на Уоррена. – Прошу прощения, что помешал.

– Нет-нет, ничуть, – заверил его Уоррен и нажал на кнопку селекторной связи, вызвав отдел по связям с общественностью. – У нас тут небольшое совещание.

– Причем не очень важное, – добавила я.

Уоррен смерил меня уничтожающим взглядом.

– Ох, – сказал Сет с таким видом, словно ему не терпелось удрать. – Я просто хотел спросить, успели ли вы пообедать… Я послал вам электронное сообщение.

– Да, я его прочитала. Спасибо.

Я молча улыбнулась Сету, надеясь таким образом дать понять, что простила его. Несчастное выражение его лица говорило, что его совесть пострадала из-за вчерашнего инцидента сильнее, чем мое самолюбие.

– Отличная мысль! – воскликнул Уоррен. – Давайте пообедаем втроем, идет? Мы с Джорджиной можем встретиться позже.

– Я не могу. – Пришлось напомнить, что у нас не хватает сотрудников, а потому заменить меня некому.

Когда я закончила, Уоррен нахмурился.

– Почему мы еще никого не наняли?

– Я как раз над этим работаю.

Уоррен ушел, забрав с собой очень недовольного Сета и оставив меня в одиночестве. Я почувствовала себя брошенной. Мне хотелось услышать продолжение рассказа о том, как творчество влияет на жизнь Сета. Я бы даже не возражала против того, чтобы меня опрокинули на стол. Ни того, ни другого. Нет в жизни счастья.

И все же кое-какую награду я получила. Около четырех пришла Тамми – та самая рыжая девушка из «Хрустального пинцета» – и помогла мне решить проблему кадров. Как я и предполагала, она привела с собой подругу. После краткого собеседования я убедилась в компетентности обеих и тут же оформила их, довольная тем, что одну задачу можно из списка исключить.

Когда магазин закрылся, недосып стал сказываться на мне еще сильнее. Никакого желания проводить урок танцев у меня не было.

Вспомнив, что нужно переодеться, я закрыла дверь кабинета и трансформировалась второй раз за день. Это оказалось легче легкого. Для танцев я выбрала платье без рукавов с облегающим лифом и широкой юбкой, подходящей для поворотов. Я выбрала теплые тона – смесь разных оттенков персикового с оранжевым, чтобы улучшить настроение. Лишь бы никто не заметил, что утром при мне смены одежды не было.

Когда из укрепленных на стенах колонок донесся голос одной из кассирш, объявивший о закрытии магазина, кто-то снова постучал в дверь. Я надеялась, что это опять Сет, но на пороге показался Коди.

– Привет, – заставив себя улыбнуться, сказала я. – Ну что, готов?

Около года назад я научила Коди танцевать свинг,[34] и у него неплохо получалось. Скорее всего, благодаря рефлексам вампира. В результате действительность превзошла его ожидания: Коди стал моим помощником во время импровизированных уроков танцев для персонала. Парень твердил, что от него мало толку, но во время двух уже прошедших занятий его поддержка оказалась бесценной.

– К чему, к танцам? Нет проблем.

Я осмотрелась по сторонам и убедилась, что мы одни.

– Ничего странного больше не было?

Коди покачал головой, его светлые волосы напоминали львиную гриву.

– Нет. Все спокойно. Наверное, мне просто показалось.

– Осторожность лишней не бывает, – проворчала я, чувствуя себя монахиней из поговорки. – Что будешь делать после?

– Поеду в центр и встречусь с Питером в баре. Хочешь с нами?

– Хочу. – Втроем безопаснее.

Дверь снова открылась, и в щель просунул голову Сет.

– Эй… Прошу прощения, – пробормотал он, увидев Коди. – Я опять помешал…

– Нет-нет, – ответила я и жестом пригласила его войти. – Мы просто разговариваем. – Я смерила его любопытным взглядом. – Почему вы еще здесь? Решили остаться на танцы?

– Ну… да, Уоррен пригласил меня. Конечно, если вы не станете возражать, но вряд ли я буду танцевать.

– Не будете танцевать? А что же вы собираетесь делать? Наблюдать? – Я покачала головой. – Любите подсматривать?

Сет смерил меня серьезным взглядом и снова стал похож на человека, способного писать смешные вещи об агентах по торговле недвижимостью и старых подружках. На человека, которого мне захотелось подбодрить при помощи невинного флирта.

– Я не столь безнадежен. Во всяком случае, пока. Но если я не стану танцевать, так будет безопаснее для окружающих.

– То же самое говорил и я, пока она не заставила меня попробовать, – заметил Коди и похлопал меня по плечу. – Посмотрим, что вы скажете, когда побываете в умелых руках Джорджины. После этого вы уже никогда не будете прежним.

Не успел каждый из нас переварить этот двусмысленный намек, как за спиной Сета вырос Даг.

– Ну что, мы когда-нибудь начнем? Кинкейд, ради этого урока мне пришлось вернуться на работу. Докажи, что я сделал это не напрасно. Привет, Коди.

– Привет, Даг.

– Привет, Сет.

– Привет, Даг.

Я застонала.

– Ладно, пошли.

Мы поднялись в кафе, где столики сдвинули в сторону, чтобы освободить место для танцев. По дороге я представила друг другу Сета и Коди. Они обменялись рукопожатием. Поняв, кто это, Коди бросил на меня красноречивый взгляд.

– Вы уверены, что не хотите танцевать? – спросила я Сета, удивленная его упорством.

– Нет. Просто считаю, что этого делать не следует.

– Ага. После целого дня работы на износ я тоже считаю, что этого делать не следует, но Христос терпел и нам велел. Сделайте веселое лицо и перебирайте ногами, вот и все.

Сет почесал в затылке и задумчиво улыбнулся. Но его улыбка тут же погасла.

– Вы сказали, что прочитали мое электронное послание… Оно… Вы…

– Все в порядке. Забудьте об этом. – Возможно, странная привычка Сета вести себя на людях и вызывала у меня досаду, но видеть, как он переживает из-за вчерашнего, было выше моих сил. – Честное слово. – Я похлопала его по руке, улыбнулась как Елена Троянская, а потом посмотрела наверх.

В кафе собралось большинство сотрудников, работавших в вечернюю смену: к ним примкнули некоторые, по примеру Дага, вернувшиеся в магазин специально. Кроме того, там были Уоррен с женой и Роман.

Увидев меня, Роман одобрительно улыбнулся, и я ощутила прилив желания, не имевший никакого отношения к тому, что суккубу нужно питаться. На нем были черные слаксы и рубашка, блестевшая так же, как его глаза.

– Групповое свидание, да?

– Это ради моей безопасности. Мне нравится иметь под рукой несколько десятков дуэний.

– В этом платье вам их понадобится еще на несколько десятков больше, – предупредил он, хищно разглядывая меня с головы до ног.

Я вспыхнула и отошла от него на пару шагов.

– Вам придется ждать своей очереди. Так же, как всем остальным.

Отвернувшись от него, я случайно увидела выражение глаз Сета. Он явно слышал наш обмен репликами. Покраснев еще сильнее, я повела обоих в центр зала. Коди устремился за нами.

Сделав веселое лицо, я заставила себя забыть про трудный день и улыбнулась своим коллегам, подбадривавшим меня криками и улюлюканьем.

– Ладно, ребята, давайте начнем. Кажется, Даг торопится и хочет закончить урок как можно раньше. Мне кажется, что так он поступает всегда. Особенно в любви. – Части публики это понравилось, части нет, а сам Даг сделал непристойный жест.

Я заново представила Коди, который любил внимание гораздо меньше, чем я, и начала выстраивать группу. Как обычно, женщины превосходили числом мужчин, а навыки у всех имелись самые разные. Я разделила толпу на пары, решив, что самые умелые женщины смогут танцевать за кавалеров. Но некоторые с трудом попадали в музыку.

Урок начался с повторения пройденного. Я включила музыку и заставила всех исполнить основные па. Мы с Коди наблюдали за учениками, кое-что поправляли и давали советы. Как ни странно, работа с таким количеством людей снимала усталость, накопившуюся за день. Я любила танцевать свинг еще в начале двадцатого века и очень обрадовалась, когда в последнее время интерес к нему возник снова. Я догадывалась, что эта мода продлится недолго, и хотела передать свои знания другим, пока не стало слишком поздно.

Не зная талантов Романа, я поставила его в пару с хорошо танцевавшей Пейдж, последила за ними минуту-другую и одобрительно кивнула.

– Вы притворщик, – отчитала я Романа. – Делали вид, что волнуетесь, а сами настоящий профессионал.

– Мне уже приходилось этим заниматься, – скромно признался он и сделал поворот, которому я их еще не учила.

– Стоп. Я разлучу вас. Ваш опыт пригодится другим.

– Не надо! – взмолилась Пейдж. – Дай потанцевать в свое удовольствие. В кои-то веки попался партнер, знающий, что делает.

Роман подмигнул мне.

– Это сказала она, а не я.

Я подняла глаза к небесам и нашла каждому нового партнера.

Понаблюдав за своими учениками еще немного, я осталась довольна их успехами и решила, что пора освоить кое-что новое. Ничего удивительно, что вскоре начался хаос. Самые одаренные освоили па тут же, бездарные ничего не поняли, а тот, кто лишь недавно овладел основными шагами и поворотами, был сбит с толку.

Мы с Коди ходили между парами и руководили.

– Бет, напряги запястье, но не слишком. И не поскользнись.

– Считай, черт побери, считай! Ритм тот же, что и прежде.

– Стой лицом к партнерше… не теряй ее.

Роль учителя мне нравилась, Здесь никому не было дела до охотников на вампиров и вечной борьбы добра и зла.

Я увидела, что Сет сидит с краю, как и обещал.

– Что, все подсматриваете? Не надоело? – поддразнила я, запыхавшись от бега по импровизированной танцплощадке.

Он задумчиво покачал головой и слегка улыбнулся.

– Отсюда есть на что посмотреть.

Сет встал со стула и наклонился вперед. Я вздрогнула, когда его рука поправила бретельку моего платья, спустившуюся с плеча.

– Вот, – заявил он. – Теперь в самый раз.

От прикосновения Сета по моей коже побежали мурашки, хотя его пальцы были теплыми и ловкими. На мгновение его лицо приняло выражение, которого я еще не видела. Теперь он выглядел не рассеянным писателем, которого я более-менее знала, а… мужчиной. Восхищающимся. Оценивающим. Может быть, даже хищным. Это выражение быстро исчезло, но я все еще находилась под впечатлением.

– Присматривайте за этой бретелькой, – спокойно предупредил Сет. – Вам нужно заставить его поработать. – Он кивнул на танцующих.

Я проследила за его взглядом и увидела Романа, показывавшего своей партнерше сложное па. Мгновение я следила за его изящными движениями, а потом повернулась к Сету.

– Это не так трудно. Я могу вас научить. – Я протянула ему руку.

Он заколебался, но в последний момент покачал головой.

– Не хочу выглядеть посмешищем.

– По-вашему, мужчина, который сидит один, в то время как все остальные танцуют, а кавалеров не хватает, выглядит не посмешищем?

Он негромко рассмеялся.

– Может быть.

Когда других объяснений не последовало, я пожала плечами и вернулась на площадку, продолжая давать указания. Мы с Коди добавили пару новых па, удостоверились, что все их освоили, и наконец, остановились, похвалив наших учеников.

– Думаешь, нам удастся подготовить их к вечеру в «Танцующей луне»? – спросил Коди.

Так назывался танцевальный клуб, который раз в месяц устраивал вечер свинга. Мы надеялись, что выступление наших питомцев произведет там фурор.

– Еще один урок, а потом можно будет показать их публике.

Тут чья-то рука обвила мою талию и увлекла на танцплощадку. Я быстро восстановила равновесие и подхватила движение Романа, который исполнил сложный поворот. Люди, стоявшие рядом, остановились и стали наблюдать за нами.

– Теперь моя очередь стать любимчиком учительницы, – заявил он. – Я не видел вас весь вечер. Не думаю, что это можно считать свиданием.

Я позволяла Роману кружить меня и удивлялась его мастерству.

– Вы всегда меняете свои желания, – пожаловалась я. – Сначала вам хотелось куда-нибудь сходить, а теперь вы говорите, что хотели бы остаться со мной наедине. Вам нужно выбрать что-то одно и не сворачивать с курса. Быть последовательнее.

– Понимаю. До сих пор мне никто этого не говорил. – Он повел меня спиной вперед, и я выполнила это па безукоризненно, заслужив его ворчливую похвалу. – Вряд ли где-нибудь можно купить учебник Джорджины Кинкейд, который помог бы мне в дальнейшем избавиться от грубых ошибок.

– Почему? Он продается у нас внизу.

– Серьезно? – Роман начал импровизировать. Я получала удовольствие, отгадывая, куда он меня поведет. – А там нет страницы о том, как добиться любви прекрасной Джорджины?

– Страницы? Черт побери, этому посвящена целая глава.

– Думаю, это достойное чтение.

– Определенно. Кстати, спасибо за раскраску.

– Когда я попаду в вашу квартиру еще раз, надеюсь увидеть эту картину у вас на стене.

– С ужасной головой индейца? В следующий раз вы увидите ее в списке Американского союза борьбы за гражданские свободы.

Роман закружил меня в последний раз, к удовольствию публики. Все давно прекратили танцевать и следили за тем, как я выставляю себя на всеобщее обозрение. Я почувствовала угрызения совести, но тут же прогнала их, взяла Романа за руку и поклонилась под аплодисменты коллег.

– Теперь готовьтесь, – заявила я, – потому что через неделю будет экзамен.

Смех и одобрительные возгласы продолжались, пока группа не стала рассасываться. Но Роман не торопился отпускать мою руку. Я ничего не имела против. Мы обходили помещение, прощаясь с уходившими.

– Не хотите выпить? – спросил Роман, когда мы на мгновение остались одни.

Я повернулась и начала изучать его точеные черты. В душной комнате ощущался запах его пота и одеколона. Мне хотелось уткнуться лицом ему в грудь.

– Я хочу… – медленно начала я, понимая, что алкоголь и животное желание станут убийственным оружием в руках мужчины, спать с которым я не имела права.

Я оглянулась и увидела взгляд Коди. Он о чем-то серьезно говорил с Сетом. Это показалось мне странным. Внезапно я вспомнила про обещание пойти с вампирами в бар.

– Черт побери, – пробормотала я. – Не могу. – Все еще держа Романа за руку, я подвела его к Коди и Сету.

Разговор тут же прекратился.

– Мне пора увольняться, – пошутил Коди. – Я видел, как ты танцевала то, чему никогда не учила меня.

– Предполагалось, что ты освоишь это на дому. – Я склонила голову набок. – Коди, ты уже знаком с Романом? А вы, Сет? – Я быстро представила их по кругу, и все вежливо пожали друг другу руки.

Как только с этим было покончено, Роман обнял меня за талию.

– Я пытаюсь уговорить Джорджину выпить со мной. А она кокетничает.

Коди улыбнулся.

– Не думаю.

Я с сожалением посмотрела на Романа.

– Я пообещала Коди, что сегодня вечером встречусь с ним и еще одним нашим общим другом.

Молодой вампир мазнул рукой.

– Забудь об этом. Ступай и повеселись.

– Да, но… – Я умолкла и бросила на Коди многозначительный взгляд в стиле Джерома и Картера. Мне не хотелось отпускать Коди одного, боясь, что он станет жертвой охотника на вампиров, но сказать это при всех было невозможно. – Возьми такси, – наконец сказала я. – Не ходи пешком.

– О'кей, – машинально ответил он.

Слишком машинально.

– Я не шучу, – предупредила я.

– Да-да, – пробормотал Коди. – Может быть, ты его и вызовешь?

Я возвела глаза к нему, а затем вспомнила о присутствии Сета и ощутила неловкость. Мы все строим планы, а он… Что делать? Пригласить его с нами или отправить с Коди?

Словно прочитав мои мысли, Сет громко заявил:

– Ладно, ребята, еще увидимся. – Затем повернулся и пошел, не дав нам раскрыть и рта.

– Он что, чокнутый? – через несколько секунд спросил Коди.

– Нет. Просто он такой человек, – объяснила я, думая, что до сих пор представляла себе Мортенсена совершено неправильно.

– Странный тип… – Роман повернулся ко мне. – Ну что, вы готовы?

Я быстро забыла о Сете. Мы с Романом пошли в ресторанчик напротив «Изумрудного города» и сели в отдельной кабине. Я заказала свою обычную стопку водки, а он – бренди.

Когда напитки принесли, он спросил:

– Там был человек, к которому я мог бы вас ревновать?

Я фыркнула.

– Для ревности вы еще недостаточно хорошо меня знаете. У вас нет на меня никаких прав. Так что не торопитесь выхватывать пистолет.

– Пожалуй, – согласился Роман. – И все же знаменитые писатели и молодые симпатичные партнеры по танцам – завидная компания.

– Коди не так уж молод.

– Достаточно молод. Он ваш близкий друг?

– Да, довольно близкий. Но, если хотите знать, романтических отношений между нами нет. – Воспользовавшись тем, что мы сидели близко, я шутливо ткнула Романа кулаком в ребра. – Оставьте моих знакомых в покое. Давайте поговорим о чем-нибудь другом. Расскажите мне о лингвистике.

Я сказала это не всерьез, но Роман объяснил, что его специальность – классическая филология. Он хорошо знал этот предмет и рассказывал о нем так же умно, весело и иронично, как флиртовал. Я с жадностью слушала его объяснения, наслаждаясь возможностью поговорить о теме, которая была мало кому близка. К несчастью, мне самой приходилось помалкивать, иначе моя осведомленность в этом предмете могла бы вызвать подозрения. Разве сотрудница книжного магазина могла на равных разговаривать со специалистом в данном вопросе?

Во время этой лекции мы с Романом продолжали касаться друг друга руками, предплечьями и даже ногами. Он не пытался поцеловать меня, за что я была ему благодарна, вступать на опасную территорию не следовало. Для меня это стало идеальным свиданием: интеллектуальная беседа и легкий физический контакт, с которым суккуб мог без труда справиться. Мы разговаривали так непринужденно, словно вместе читали интересную рукопись.

Наши напитки закончились в мгновение ока. Не успела я опомниться, как мы очутились на улице и стали договариваться о следующем свидании. Я пыталась отнекиваться, но протесты звучали слабо. Он продолжал настаивать на свидании без всяких дуэний. Я стояла рядом с Романом, наслаждаясь его близостью, и сама удивлялась тому, насколько мне хотелось снова увидеться с ним. Беда заключалась в том, что все мои встречи с хорошими парнями неизменно заканчивались одинаково: я оставалась одна. Глядя на Романа, я понимала, что хочу избавиться от одиночества, хотя бы ненадолго.

Поэтому я согласилась снова встретиться с ним, не обращая внимания на внутренний голос, уговаривавший этого не делать. Лицо Романа засияло, и я подумала, что поцелуя в губы мне избежать не удастся. От этой мысли мое сердце заколотилось.

Но, похоже, моя прежняя дурацкая болтовня о нежелании заводить прочную связь сделала свое дело.

Он просто взял меня за руку и провел губами по щеке, вряд ли это можно считать поцелуем. Через минуту Роман исчез в темноте, а я пошла к дому, до которого было полквартала.

Добравшись до двери, я обнаружила прикрепленный к ней листок с моим именем, написанным красивым каллиграфическим почерком с нажимом. От ужасного предчувствия по спине побежали мурашки. Вот что там было:

Джорджина, вы красивая женщина. Настолько красивая, что могли бы заставить пасть даже ангела, в последнее время такое случается редко. Но эта красота дается вам без усилий, ведь вы способны сделать себя какой угодно. К несчастью, вашему большому другу подобная роскошь недоступна. А жаль, потому что после случившегося сегодня это ему очень пригодилось бы. К счастью, он занят именно тем бизнесом, который позволяет исправить ущерб, нанесенный его внешности.

Я уставилась на записку как на ядовитое насекомое. Конечно, подписи не было. Я сорвала листок с двери, вбежала в квартиру, схватила телефон и без промедления набрала номер Хью. Речь в записке могла идти только о нем: Хью был моим единственным «большим» другом, занимавшимся «именно тем» бизнесом.

Телефон звонил до тех пор, пока не включился автоответчик. Расстроенная, я набрала номер его мобильника.

После трех гудков ответил незнакомый женский голос.

– Можно Хью Митчелла?

Последовала долгая пауза.

– Он… сейчас не может говорить. Кто его спрашивает?

– Джорджина Кинкейд. Я его подруга.

– Джорджина, я слышала, как он называл ваше имя. Меня зовут Саманта.

Это имя ничего для меня не значило, а времени ходить вокруг да около не осталось.

– Пожалуйста, я могу с ним поговорить?

– Нет… – Голос у нее был убитый. – Джорджина, сегодня днем кое-что случилось…


предыдущая глава | Падший ангел | cледующая глава