home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



26 сентября 1942 г

Спал в эту ночь прекрасно, было тепло, я даже не замерз, как в последние ночи. Уже в 6 утра я на ногах, чуть позже поднимаю охранение.

Всю первую половину дня очищаю бронемашину от грязи и пыли, кое-где слой пыли доходит до 3 см. Такого еще видеть не приходилось — ничего подобного с моей прежней бронемашиной не случалось. Даже оружие в такой грязи, что и не поймешь, что это — пулемет или кусок бревна.

Время от времени дают о себе знать «катюши». Иногда их снаряды ложатся совсем неподалеку. Постоянно ведет огонь и наша артиллерия, причем далеко не одна батарея.

Мы снимаем рацию и антенну с машины Рипа и переустанавливаем на нашу.

На обед капустный суп. Нашей полевой кухне приходится 15 километров ездить за водой.

Во второй половине дня снова оттираю от грязи бронемашину, в особенности налегаю на брызговики.

Теперь у меня водителем Гроссе, а Бенцель — радист и водитель заднего хода. Так что команда обновилась полностью.

Во второй половине дня непрерывно палит артиллерия. Ведут огонь и тяжелые минометы, расположенные где-то левее. Мимо следует батарея 21-см дальнобойных орудий. Да, чего здесь только не насмотришься!

Сажусь за пристроенную на броне доску, она служит мне письменным столом, и пишу дневник, за который давно не садился.

Между тем мало-помалу смеркается, потом сообщают, что, мол, мне предстоит сегодня стоять в охранении. Дежурным сегодня заступает унтер-офицер Пфайль. Нам приказано вырыть и окопчик.

Я за 10 минут отрываю окопчик для ночевки глубиной в 2 штыка и кладу в него вещи. В 18 часов заступаю в охранение. Уже совсем стемнело. Выставляем по 3 человека на пост.

Из фруктового сада доносится передаваемая по радио музыка, иногда постреливают артиллеристы, и наши, и русские. Внезапно заслышав характерный вой русских реактивных минометов — «катюш», — бросаемся в окопы. И вовремя, потому что в нескольких сотнях метров от нас остервенело рвутся снаряды. В воздух взлетает грузовик с боеприпасами, что-то где-то горит.

В 19 часов укладываюсь в окопчик, слушаю музыку.

В 20 часов снова на пост. Взошла луна. Меня вызывает командир и велит поднять всех в 22 часа, потому что в 22.45 мы снимаемся с места.

Ставлю в известность всех командиров разведгрупп. Без нескольких минут 22 часа охранение поднимает личный состав роты.

Мы проворно рассаживаемся по машинам, укладываемся, и тут как раз команда «Выступаем!». Мы медленно поднимаемся по горной цепи.

Где-то вдалеке падают бомбы, видны вспышки снарядов четырех «катюш», всего я насчитал около 80 разрывов. Похоже, русские попали в цель — что-то сильно горит.

Проехав километров 8, съезжаем в балку — там предстоит разместить бронемашины нашего батальона. Рота находится где-то впереди. Пробираемся на наших тяжелых бронемашинах через густые, как джунгли, заросли кустарника, ставим машины и маскируемся, оставив по обе стороны машины свободное пространство для доступа к люкам.

Луна скрылась за облаками, стало совсем темно.

Полчаса спустя меня вызывает унтер-офицер Пфайль, собираю вещички, прихватываю автомат и отправляюсь на поиски нашего охранения.

Балка заканчивается крутым обрывом, взбираюсь на него и обнаруживаю наших ребят из охранения.

На обратном пути мы каким-то образом умудрились заплутать.

Страшно рад, когда минут 20 спустя укладываюсь на оставленной позиции. Там даже койка откуда-то взялась. На посту стою с 4 до 6 утра, густой туман, и в 20 шагах ничего не разберешь.

По пути у воронок натыкаюсь на тела двух погибших русских. А воронки-то от мин наших 6-ствольных минометов.


25 сентября 1942 г | Передовой отряд смерти. Фронтовой дневник разведчика Вермахта 1942-1945 | 27 сентября 1942 г