home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


70

– Сделай погромче, Гвен, – просит папа. Он сидит на подлокотнике кресла и, не отрываясь, смотрит в экран телевизора.

– Я ограничусь лишь краткими комментариями, – говорит шериф Риджвик в десятки нацеленных на него микрофонов. Он стоит перед входом в полицейский участок. – А потом передам слово детективу Фрэнку Томе из полиции штата. Он ответит на ваши вопросы. – Он открывает блокнот и читает: – Сегодня утром полиция округа Касл совместно с полицией штата Мэн провела обыск в доме номер сто тринадцать на Форд-роуд в северном пригороде Касл-Рока. В одной из спален, в тайнике под половицей, обнаружены личные вещи пропавшей Ронды Томлинсон. После опроса всех проживающих в доме был взят под стражу двадцатилетний Лукас Браун. С разрешения домовладельца, пятидесятидевятилетнего Чарлза Брауна, полиция провела обыск в принадлежащем семейству Браунов летнем домике, расположенном на берегу озера Темный След. В погребе дома была найдена четырнадцатилетняя Дебора Паркер, в наручниках и без сознания. Девочка передана на попечение родных и сейчас получает всю необходимую медицинскую помощь в местной больнице.

Шериф отрывает взгляд от блокнота. Черные круги у него под глазами – красноречивее всяких слов.

– В ходе обыска лесной территории, прилегающей к летнему домику, обнаружены тела Ронды Томлинсон и Карлы Хоффман, захороненные неподалеку. Родственники уже извещены, тела доставлены в окружной морг, где будут находиться до окончания расследования. Лукасу Брауну предъявлены обвинения в похищении и убийстве мисс Томлинсон и мисс Хоффман и в похищении и пытках мисс Паркер. Дополнительные обвинения будут предъявлены позже. В данный момент Лукас Браун пребывает под стражей в следственном изоляторе при окружном полицейском участке. А теперь детектив Томе ответит на ваши вопросы.


Гвенди и ее волшебное перышко

Шериф Риджвик отступает в сторону и стоит, глядя себе под ноги.

– Что ж, – вздыхает мистер Питерсон. – Не самый счастливый конец, но могло быть и хуже.

– Бедные родные! – говорит миссис Питерсон, перекрестившись. – Даже не представляю, как они это переживут.

Гвенди не говорит ничего. Последние восемнадцать часов слились для нее в один головокружительный вихрь, и она до сих пор не пришла в себя.

Вернувшись в участок, шериф рассказал ей (с глазу на глаз) о страшных находках, сделанных в доме Браунов на Форд-роуд и в их летнем домике на озере. Во втором тайнике под половицей в спальне Лукаса Брауна обнаружили два полиэтиленовых пакета. Один – с ювелирными украшениями, принадлежавшими бог знает скольким женщинам, второй – с зубами самых разных форм и размеров. В общей сложности пятьдесят семь зубов. В погребе летнего домика нашли жуткий набор инструментов в пятнах запекшейся крови: различные плоскогубцы, электродрель, несколько электрических пил и ножовок. Это строго конфиденциальная информация. Пресса еще ничего не разнюхала, но Гвенди знает, что это лишь вопрос времени.

– Молодец Норрис Риджвик, – говорит мистер Питерсон, по-прежнему не сводя глаз с экрана. – Уж теперь здешние обыватели убедились, что он не зря занимает свой пост.

У Гвенди звонит мобильный телефон.

– Надо ответить. – Поднявшись с дивана, она идет в кухню. – Алло.

– Есть минутка?

– У тебя не горят уши, шериф?

– Каждый день, с утра до ночи. Последние две недели, – говорит он усталым голосом.

– Мы только что смотрели повтор твоей пресс-конференции. Ты хорошо справился.

– Спасибо. – Он медлит. – Знаешь, мне все равно как-то неловко, что я ничего не сказал о твоем участии в расследовании. Неправильно, что все лавры достались мне.

– Я считаю, что все твои лавры вполне заслуженны.

– Я бы так не сказал.

– А вот я говорю.

– У меня к тебе только один вопрос.

Ну вот. Началось.

– Какой?

– Я знаю, что навело тебя на подозрения. Факультет стоматологии. И ковбойские сапоги. Но почему ты была так уверена?

Гвенди отвечает не сразу. Она тщательно подбирает слова, стараясь держаться как можно ближе к истине.

– У меня было… предчувствие. От него исходила какая-то жуткая, темная энергетика. Голод.

– То есть это была интуиция? Шестое чувство?

Она прямо видит, как он закатывает глаза.

– Что-то вроде того.

– Ну, как бы там ни было, я очень тебе благодарен. Ты спасла девочке жизнь.

– Мы спасли, Норрис.

– Ты сейчас дома? Я составил отчет и хочу, чтобы ты на него взглянула. Чтобы наши версии не расходились.

– Я у родителей. Могу заехать к тебе в управление после ужина.

– После ужина будет поздно. Ничего, если я сам заскочу к тебе прямо сейчас?

– Да, конечно. Я тут.

Она думает: Если он попытается пожать мне руку, я скажу, что, кажется, заболеваю и ко мне лучше не прикасаться, а то вдруг это вирус. Как сказала родителям.

– Хорошо. Буду через пятнадцать минут.

Но звонок в дверь раздается уже через десять минут.

– Это Норрис, – говорит Гвенди и поднимается из-за стола, где сидела с родителями и высматривала уголок нового пазла с ночным Нью-Йорком.

– Обязательно пригласи его в дом, – говорит миссис Питерсон.

Гвенди выходит в прихожую.

– Ты, наверное, гнал, как… – Она открывает дверь и умолкает на полуслове. – Райан?

Ее муж стоит на крыльце, в одной руке – букет цветов, в другой – кофр с фотокамерой. Он загорел, его лицо чисто выбрито, глаза блестят радостным предвкушением. Он переминается с ноги на ногу, ухмыляется и похож на взволнованного мальчугана.

– Я знаю, ты любишь сюрпризы, – говорит он.

Радостно взвизгнув, Гвенди бросается ему на шею. Он роняет кофр с камерой, прижимает ее к себе свободной рукой и кружит на месте. И в этом кружении, здесь, на крыльце дома, где выросла Гвенди, она приникает губами к его губам и думает: В этом человеке нет зла, в нем все родное.


предыдущая глава | Гвенди и ее волшебное перышко | cледующая глава







Loading...