home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Post Scriptum

Я, тот самый человек, который когда-то купил ящик для письменных принадлежностей, однажды снова встретил того, кто мне его продал. Дело было этой зимой в Которе. Дул сирокко, принесший сумрак более долгий, чем ночь; дождь не давал никуда выйти после ужина. Я сидел в холле, когда послышалась музыка. Кто-то поставил кассету с песней «В рубашке тихой завтрашних движений…». Я вспомнил, что и в ящике для письменных принадлежностей эта мелодия предвещает сирокко. Привлеченный песней, я встал и подошел к стойке бара. Передо мной стоял официант из Будвы. Лицо его было серебряным и неподвижным. Теперь он работал здесь.

– Добрый вечер, Ставро, ты меня помнишь? Сможешь ли ты смешать для меня вино с водой по-гречески? Только смотри, чтобы воздух не попал в бокал, пока наливаешь!

Ставро, казалось, обрадовался шутке.

– Добрый вечер, господин М. Добро пожаловать! Какая непогода! Сегодня ночью даже рыбы плачут… Сейчас я вас обслужу. – И поставил на стол бокал белого вина, смешанного с водой.

– Могу ли я у тебя кое-что спросить, Ставро?

– Я не запрещаю. И Бог через купину спрашивал, да мы не ответили.

– Скажи мне, как к тебе попал ящик для письменных принадлежностей, тот, который ты мне продал?

На лице Ставро заиграла твердая мужская улыбка. Некоторые улыбки могут подолгу жить на лицах мужчин и женщин, не исчезая столетиями. Они даже достаются в наследство следующим поколениям. Улыбка на лице официанта насчитывала по крайней мере несколько веков.

– У меня и сейчас найдется кое-что на продажу, – процедил он. – Лекарство от старости. Вам могу предложить в рассрочку.

– Что же это за лекарство, Ставро?

– Все мы больше печемся о желудке, чем о душе. Поэтому каждый вечер нужно вставать возле открытого окна, чтобы изгонять из себя дьявола. По десять раз. Это нетрудно, просто надо уметь. Носом вдохните столько, сколько сможете, – на каждую Божью заповедь по одному вдоху, – а потом выдохните ртом весь воздух из всего тела, до самого желудка. Когда у вас изо рта выйдет какой-то незнакомый, тяжелый запах, дело сделано. Это запах дьявола. Значит, он выходит. Его изгнали прекрасные запахи Божьих заповедей. Вот так выдыхайте каждый вечер по десять раз, пока не появится запах дьявола, и получите жизни на десять лет больше…

– Прекрасно, Ставро, но мне по-прежнему очень хотелось бы узнать, откуда ты взял тот ящик.

– Эх, господин мой, в жизни всегда знаешь, где посеял, и не знаешь, где пожнешь. Но, клянусь Господом, дело было не так, как вы, господин, думаете.

– А откуда ты знаешь, что я думаю?

– Мне ли не знать, где черт женится? Это моя работа – подливать и угадывать, что думает клиент.

– И что же я думаю, Ставро?

– Господин думает, что я не умею смешивать вино с водой по-гречески. Ведь так, скажите откровенно?

– Да, Ставро, именно так я и думаю. Не умеешь. Но это не беда. И все-таки скажи мне, ты знал владельца того ящика? Не родственник ли он тебе?

Губы у Ставро покраснели, и на них заиграла роскошная женская улыбка. Еще более старая, чем та, мужская. Он оскалил все зубы и еще один в придачу и жалобным голосом произнес:

– Нет у меня больше ни родных, ни близких. Всех, господин М., всех унесла война. Время потекло вспять, и пришли последние годы, злые и опасные.

– Так откуда ты знал хозяина?

– Как откуда, господин М.? Как же мне его не знать, когда я еще в Боснии хотел застрелить его? Но не попал.

– Промахнулся?

– Я никогда не промахиваюсь, господин М. Я стрелял через воду, вот пуля до него и не долетела. Его спасла вода.

– А ящик, он к тебе как попал?

– Из воды, господин М. И меня вода удостоила чести – жизнь спасла, вот откуда. Я плавал барменом на греческом судне «Исидор», и однажды вместе с этим ящиком на борт к нам поднялся его хозяин. Был он, я бы сказал, со странностями. Из тех, что на свадьбу приходят со своим куском хлеба. Он умел только три вещи: в себя, на себя и под себя. А как судно бросит якорь, обует сапоги – один красный, другой черный – и сходит на берег гулять да на деньги играть. Он на небе видел такие звезды, что нам и не снились. Слышал я и его последние слова, вот только не понял их. А сказал он: «Это падший ангел! Нам конец». Когда наше судно разбилось, его чем-то ударило, и он исчез в волнах, а я вцепился в какой-то деревянный предмет. И лишь когда волны выбросили меня на берег, я увидел, что держусь за капитанский ящик. Со временем я постепенно узнал, и кому он принадлежал, и некоторые другие подробности, которые можно было узнать…

Тут улыбка на лице Ставро снова неожиданно переменилась. Вместо женской вернулась та самая, твердая, мужская, будто бы выкованная из серебра, и он добавил:

– Вы, господин М., наверняка сейчас думаете, что пришло время расплатиться за вино.

– Точно, Ставро.

– Э-э, видите ли, господин М., это не так. Я ваш должник, а не вы мой.

– Как это?

– Кто победил, тому и венец. Когда я в прошлый раз продал вам ящик, вы, верно, подумали, уж вы меня простите, что я вас обобрал, взял гораздо больше, чем следовало. Ну скажите по душам, ведь так?

– Да, Ставро, именно так я и подумал: «Уж больно много он с меня содрал».

На эти слова Ставро вытащил из кармана пятьсот марок и протянул мне над бокалом.

– Это ваше, господин М. То лишнее, что я с вас взял. Я брал в долг. Теперь этот долг возвращаю, и мы квиты… – Заметив на моем лице удивление, он продолжил: – Хотите, я вам скажу, что вы сейчас думаете, господин М.? Сейчас вы думаете, что теперь вы ободрали меня как липку. Ну, так и думаете?

– Точно, Ставро, именно так.

– И опять это неверно.

– А что же верно, Ставро?

– Вот послушайте. Недавно приезжала в Котор одна дама с маленьким ребенком, разузнавала про то кораблекрушение. Иностранка, молодая, но совершенно седая, мне показалось француженка. По-нашему не знает ни слова; если бы не умела по-французски, пришлось бы ей мычать или блеять. Ее послали ко мне вместе с переводчиком. Она пожаловалась, что в сон к ней залетают птицы, и заплатила мне за ящик пятьсот марок.

– А что же ты ей ящик-то не продал?

– Она дала мне деньги не потому, что хотела купить его, а для того, чтобы я передал его вам.

– Заплатила за то, чтобы ты передал ящик мне?

– Да, она сказала, что покойный хозяин ящика знал о вас.

– И что же ты сделал, Ставро?

– Взял деньги и пообещал ей выполнить то, что она просила, но это мне не удалось.

– Почему?

– Потому что он уже и так был у вас. К тому моменту я вам его уже продал. А теперь возвращаю вам и эти женские деньги.

– Но как вы с ней, с разных концов света, именно меня нашли себе в покупатели?

– Что значит как, господин М.? Просто нам известно, что вы думаете, вот как.

– Что же я думаю, Ставро?

Улыбка на лице Ставро изменилась еще раз. Теперь вместо мужской, более молодой, и женской, более старой, на нем заиграла какая-то третья, бесполая, и он сказал:

– Ну, господин М., вероятно, думает и о ящике, и обо всем этом что-то написать…


Фотография | Дневная книга | Инструкция по чтению этой книги







Loading...