home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



6

— Ты не посмеешь, — прошипел иерарх, с ненавистью глядя на Ясеня.

— Уверен? Ты так настойчиво утверждал, что я выполз прямо из тени, а теперь вдруг усомнился в моих способностях? Или те твои слова были ложью, и ты возьмешь их обратно? Тогда советую поспешить.

Острие ножа прикоснулось к шее под кадыком. Жрец часто задышал, по виску стекла струйка пота. Он осторожно повернул голову и хрипло сказал:

— Леди Криста, я желал вашей смерти. Видит солнце, я не раскаиваюсь и не собираюсь молить о пощаде. Но если в вас осталась хоть капля чести, убейте меня сейчас же, своей рукой. Не дайте твари взять мою душу.

— Напоследок ты решил проявить достоинство? Что ж, я ценю это.

Аристократка кивнула Ясеню. Тот убрал нож и посторонился. Фиолетовый клинок Кристы вошел иерарху в сердце. Глаза лежащего остекленели и мертво уставились в небесную высь. Дракониха убрала меч в ножны и сказала Ясеню:

— Видишь, я знала, что тебя надо взять с собой. Получилось очень занятно. А теперь пора убираться.

Они вскочили на коней и быстро двинулись прочь. Дорога была все так же пуста. Когда Ясень с Кристой проезжали очередную парковую аллею, в небе мелькнул патрульный ястреб с седоком на спине, но он летел в другую сторону — похоже, к дворцу.

— Хорошо хоть, сверху нас не увидели, — поделился Ясень.

— Они тут почти не летают. Древнейшим не нравится, когда за ними следят. Так что эти порхают, в основном, над окраиной, там у них дел полно. Ну, и непосредственно над дворцом — стражи короны требуют. На совете каждый раз ругань.

— Понятно. Но как-то у нас все слишком гладко прошло, даже подозрительно. Не находишь? Пойми правильно, я не жалею и сам хотел это сделать, но ты уж очень спокойно себя ведешь. Неужели к тебе дознаватели не прицепятся? Наверняка ведь будут искать, кому жрец перешел дорогу. А у тебя с ним давние счеты.

— Во-первых, про это никто не знает. Я никому не сказала, чьи люди меня убили. Это была моя личная месть, и она свершилась. А во-вторых, сейчас наиболее подходящий момент. Ожидание того, что с неба прольются слезы, многих доводят до помрачения. Без крови никогда не обходится. Подозревать можно кого угодно, хоть колдунов с Восточного Взморья.

— Тебе виднее. Ладно, что дальше?

— Сейчас у меня дела, нужно вернуться в башню. Можешь ехать со мной, там есть комнаты для гостей. Или приезжай вечером. Я предупрежу стражу, тебя пропустят. Знак ведь еще с тобой? Хорошо. Тогда и поговорим обо всем без спешки.

— Да, лучше вечером.

— А пока чем займешься?

— Город посмотрю. И, кстати, — добавил он неожиданно для себя, — подскажи, где тут у ястребов стойла? У птиц, я имею в виду, которые в патрулях.

Все ездовые птицы принадлежали ястребиному клану, но по договоренности с бургомистром (и, конечно, за солидную плату) помогали городской страже, а также выполняли курьерские функции.

— Сдаваться пойдешь? — усмехнулась Криста.

— Очень смешно. Нет, попробую кое-кого отыскать.

— Попробуй, — она взглянула на него проницательно. — Только нужно ли тебе это? И нужно ли это ей?

Ясень пожал плечами. Он и сам не знал, почему вдруг возникла мысль, что надо непременно увидеть Звенку — ту, которую он семь лет назад называл невестой. Да и с чего он, собственно, взял, что она в столице? Но чутье подсказывало — круг замыкается, и нити судьбы, разбросанные однажды, сходятся здесь, на теплом берегу моря. И пока еще осталось несколько спокойных часов, он должен найти ее и попросить прощения за то, что не сдержал данное некогда обещание. Потому что другого шанса уже не будет.

…Ястребиные стойла располагались у самой границе «чистого» города. Приземистые постройки прятались за деревьями. Став поодаль, чтобы не привлекать внимания, он принялся ждать. Раза два или три с неба спускались птицы и, распахнув огромные крылья, садились между построек. Больше ничего интересного увидеть не удалось. Текли минуты. Наверно, глупо было вот так торчать, не пытаясь даже навести справки, но Ясень знал, что в такой мелочи судьба его не обманет.

Спустя полчаса активность вдруг возросла. Птицы одна за другой подлетали с разных сторон, приземлялись. А затем последовал такой же массовый взлет. Ясень решил, что у патрулей закончилась одна смена, и началась другая. Еще через четверть часа из ворот потянулись люди — сменившиеся летуны, надо полагать. Большинство на лошадях, а некоторые просто пешком.

И он дождался.

Звенка заметила его сразу. Подъехала ближе и остановилась напротив.

Ясень, помня ее характер, ждал бурной реакции. Пытался предугадать, что именно это будет — гнев из-за того, что сбежал много лет назад, или радость, что вернулся живым. Но Звенка улыбнулась ему спокойно и ровно.

Она, как и раньше, носила косу — наверно, так удобнее в небе. На левой скуле виднелись две полоски — черная и желтая, как положено Ястребам. Исчезла девичья мягкость лица, а движения стали отточено-хищными.

— Ты все-таки пришел.

— Да.

— Именно сейчас? И что тебя подтолкнуло?

— Я тоже об этом думал, пока тебя ждал. И отвечу так. Сегодня мне напомнили, что нужно платить долги. Когда-то я обещал, что у нас все будет хорошо. Поэтому должен был прийти снова. Хотя бы ради того, чтобы признать вину.

— Не надо, — она покачала головой.

— Почему же?

— Мы все равно не могли быть вместе. Да, мы говорили себе — мол, если окажемся в разных кланах, ничего страшного. Но в глубине души уже тогда понимали, что это самообман. Мы тянулись друг к другу лишь потому, что слишком отличались от остальных. Беда в том, что этого недостаточно. Я хотела летать. А чего хочешь ты, я до сих пор не знаю.

— Я тоже, — он невесело усмехнулся.

— У тебя нет метки принадлежности к клану. Как так? Я же видела, как ты прошел испытание, и тебя увели Драконы.

— Не сложилось. А потом… Потом опять не сложилось.

С ними поравнялся мужчина, который выехал из ворот позже остальных. Худой, перевитый жилами, с глазами цвета кинжальной стали. Он вопросительно посмотрел на Звенку. Та кивнула ему:

— Я догоню. Езжай.

Всадник царапнул Ясеня взглядом и, не сказав ни слова, двинулся прочь по улице.

— Это кто такой разговорчивый?

— Это мой муж. Мы в одном отряде.

— Поздравляю. Тебя сразу взяли в столицу?

— Не сразу, но быстро. Птицы редко слушают женщин, но у меня талант. Так мне сказали. А я и не сомневалась.

На миг Ясеню показалось, что он увидел прежнюю Звенку, смешливую и острую на язык. Спросил:

— Ну, и как тебе тут?

— Здесь моя жизнь — дом, небо, друзья. Люблю этот город. Правда, в последние дни народ как с цепи сорвался. Смена цикла, сам понимаешь. На окраинах истерики, поножовщина. А сегодня совсем уж из ряда вон — в «чистом» квартале Древнейшего зарезали прямо в доме. И телохранителей тоже.

— Жуть, — согласился Ясень.

— Впрочем, ладно, не будем об этом. Ты сам-то давно приехал?

— Недавно, — он не стал вдаваться в подробности, а вместо этого задал вопрос, который давно вертелся на языке. — А что там у нас, в степи? Ты родню навещала?

— Своих — да, а про твоих знаю только, что живы-здоровы. Подробнее рассказать не могу — я к ним не заходила, сам понимаешь.

— Понимаю, — Ясень кивнул. — А парни, девчонки, с которыми мы на «смотрины» ездили?

— Жмыха, приятеля твоего, тогда Волки взяли. А остальные домой вернулись, живут потихоньку, детей растят… — она равнодушно пожала плечами, но потом оживилась. — Хотя, погоди, чуть главное не забыла! Мирка-то наша, дурочка знахарева, тоже теперь в столице. В королевском парке за цветами ухаживает. Я как-то встретила — сразу и не узнала. Ходит этак плавно, похорошела, с лица даже рябь сошла. Невеста, одним словом. Сам посмотреть не хочешь? Она обрадуется.

— Нет, — улыбнулся он. — С тобой я увиделся, это главное. А Мирка пусть там, со своими розами.

— Ну, как знаешь. Тогда прощай?

— Прощай, — сказал Ясень.

Она уезжала по широкой тенистой улице, ни разу не оглянувшись. Короткая коса покачивалась размеренно, будто отсчитывала секунды, а Ясень думал о том, что долги из прошлого он отдал, и теперь пусть приходит будущее. Нет смысла гадать, что оно с собой принесет, если этого не знает даже дева-судьба. Пусть все нити сойдутся. Хочется лишь, чтобы небо потерпело до завтра, потому что сегодня случилось уже достаточно.

И он тоже поскакал прочь.

…Вечером Ясень и Криста опять сидели на вершине драконьей башни и смотрели, как угасает зарево над водой, куда окунулось солнце. Лилово-синие тучи у горизонта стыдливо ежились, сверкая розовым брюхом. А море уже наполнялось мерцающим серебром, вбирая свет ночного цветка, который распускался на небосводе.

— Да, — лениво произнес Ясень, — теперь я вижу, почему бухту называют Серебряной. Но это, согласились, отдает крамолой. Получается, она обязана именем не кому-нибудь, а дурман-цветку. Братья в храме не высказывали по этому поводу недовольства?

— Меня, вообще-то, мало волнует, чем недовольны в храме.

— Ага, я заметил.

— Или, по твоей логике, я должна стыдиться того, что мой родовой титул — Волна серебряного прилива?

— А, кстати, почему он именно так звучит?

— Две тысячи лет назад Драконы вышли из моря. Они ступили на берег ночью, когда начался прилив. Их было мало, но они обладали таким могуществом, что жители материка сочли их богами. Волки и Ястребы, первыми встретившие Драконов на берегу, стали их помощниками и союзниками. Вместе эти три рода начали править людьми — мудро и справедливо.

— Погоди, погоди. То есть, Драконы пришли во тьме, когда не светило солнце? Поэтому жрец говорил про лживых божков? Прости, что повторяю его слова. Это не для того, чтобы тебя обидеть, просто хочу понять. Впервые слышу все именно в таком изложении.

— Неудивительно. Мы держим это под спудом, чтобы не вызывать кривотолков. Людям достаточно знать, что Драконы по праву стоят выше других, и так было испокон веку. Даже человеческие жрецы понимают, что с этим ничего не поделать. Если в храмах начнут орать, что королевский род произошел от ложных богов, то воцарится хаос. Поэтому их иерархи ненавидят нас втихомолку. А рядовым жрецам не сообщают лишних деталей, чтобы не смущать их неокрепший ум. Пусть просто верят, что на все воля солнца.

— А ты с этим не согласна? Насчет его воли?

— Почему же? Пойми, мы, Драконы, не страдаем манией величия, а всего лишь ясно осознаем свое место в мире. Мы превосходим людей, но не всемогущи. И, конечно же, понимаем, что только солнце вершит судьбу. Другое дело, что механизм этого намного сложнее, чем представляется братьям из храма Первой Слезы. И если нашу дорогу осветил когда-то ночной цветок, значит, солнцу там было нужно. Даже тень, сама не зная того, может выполнять волю света.

— Ого, — сказал Ясень. — За такие речи где-нибудь на базаре можно и плетей получить. А то и в темницу.

Ему вдруг пришло в голову, что рассуждения Кристы до странности напоминают слова Угря, который верховодит на плоскогорье. Тот, помнится, тоже обзывал жрецов дураками.

При этом личный статус драконихи и бывшего атамана никак не пострадал из-за их пренебрежения к светлым братьям. Скорее, наоборот. Одна сидит во дворце, а другой, по сути, завел себе отдельное королевство (пусть и скромное по размерам). Денег у обоих столько, что Ясеню и не снилось.

Так в чем между ними разница? Криста говорит о великом прошлом, Угорь — о великом будущем, но оба превосходно себя чувствуют в настоящем.

Хотя, и самому Ясеню в этом смысле грех жаловаться. Он ведь тоже сейчас не в сыром подвале, а на вершине дворцовой башни. Правда, перед этим пришлось прирезать Древнейшего и, в буквальном смысле, до смерти напугать иерарха. Или только так и можно попасть наверх?

Тот, кто достиг вершины, плюет на условности. Тот, кто плюет на условности, достигает вершины. Где тут причина, где следствие?

— Криста, днем ты сказала, что смотришь на вещи шире, чем обычные люди. И я убедился, что ты не шутишь. Ты знаешь обо мне такое, что другие пришли бы в ужас, но тебя это не смущает. Я благодарен тебе. И все же, ты можешь ответить прямо и откровенно — кем ты меня считаешь?

— Я могла бы ответить, что считаю тебя союзником. Но понимаю, что ты спросил не об этом. Так вот, я не знаю. В ту первую встречу семь лет назад жрец пытался заглянуть тебе в душу, но не сумел. Для него это, видимо, была достаточная причина, чтобы называть тебя тварью. Но, повторяю, мир сложнее, чем он себе представлял. Надеюсь, ты сможешь найти ответ.

— Знать бы еще, где искать.

— Инструкций дать не могу. Разве что, рассказать еще одну драконью легенду.

— Давай, конечно. Обстановка располагает.

— К югу отсюда есть остров, до него примерно десяток лиг. Говорят, что Драконы-боги хранили там свои древние знания. На острове, якобы, имеются ответы на все вопросы, которые когда-либо возникнут под этим солнцем. Но, опасаясь, что знания будут использованы во зло, Драконы запретили людям приближаться к хранилищу. На остров наложили проклятье. За последние две тысячи лет там никто не бывал.

— Звучит обнадеживающе.

— Ну, мало ли, — рассмеялась аристократка. — Ты ведь уже проникал в такие места, куда прочим вход недоступен. Вдруг захочешь попробовать? Только не говори, что я не предупреждала насчет проклятья.

— Не буду.

Они замолчали и долго еще сидели под серебристым небом, глядя, как засыпает столица, и слушая дыхание ночного моря.


предыдущая глава | Дурман-звезда | cледующая глава