home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



4

Грохот усилился. Казалось, рассерженный великан раздирает крышу руками, пытаясь добраться до тех, кто спрятался в доме. Хрустнули деревянные перекрытия, дрогнули стены. Оконные стекла треснули, раскололись с печальным звоном. Девушка испуганно отпрянула от окна; крепыш, собиравшийся вязать Ясеня, бросился к ней, схватил за локоть.

— Уходим!

Он потянул ее к двери.

— Ты! — смуглый навис над Ясенем, задыхаясь от ненависти. — Это ты их привел, скотина, червяк безглазый!

Его клинок сверкал начищенной сталью, и Ясень вдруг отчетливо понял — если телохранитель сейчас снесет ему голову, то не поможет даже Берег Творения. Но девица, обернувшись на пороге, крикнула:

— Хватит! Оставь его.

— Но он же…

— Оставь, говорю!

Смуглый еще пару секунд сопел, прожигая пленника взглядом, потом прорычал ругательство и бросился вон из комнаты. Ясень судорожно вздохнул, приходя в себя. Огляделся, поднял свой меч и рванулся следом.

Уже на бегу он сообразил, что возня на крыше вдруг прекратилось. Дом больше не вздрагивал, стало тихо. Ясеню это не понравилось. Он сбавил шаг, осторожно заглянул в сени. Девица и ее спутники стояли, не решаясь выйти во двор. Переглядывались и вслушивались тревожно. Ясень поднял ладонь — спокойно, мол, я не враг. Барышня кивнула, а смуглый скривился, будто разгрыз подгнившее яблоко.

Крепыш, тем временем, приоткрыл наружную дверь. Выглянул, посмотрел наверх. Знаками предупредил — не спешите, пока ничего не видно. Сделал шаг на крыльцо. Ступенька скрипнула едва слышно. Разведчик замер, вертя головой, но ничего не произошло. Тогда он сошел на землю, обернулся и снова глянул на крышу.

Глаза его расширились, рука с клинком рефлекторно дернулась.

Громадная птица метнулась сверху — ястреб из тех, что служат одноименному клану. Крепыш, сбитый с ног, заорал, но крик прервался через мгновение. Ястреб рвал свою жертву когтями, кромсал изогнутым клювом. Земля окрасилась кровью; воздух дрожал под взмахами мощных крыльев.

Все произошло слишком быстро — люди в доме ничем не могли помочь. Застыли, глядя на груду окровавленной плоти. И опомнились лишь после того, как птица, отбросив труп, издала хриплый торжествующий клекот.

Смуглый телохранитель отреагировал первым — прыгнул с порога через ступени; его меч описал сверкающую дугу. Ястреб отдернул голову и тут же, резко и жестко, ударил парня крылом. Тот, потеряв опору, упал спиной на крыльцо. Птица рванулась следом, когтистой лапой прижала руку с оружием. Разинула клюв, вцепилась в горло и дернула, вырывая кадык.

Девушка в сенях завизжала — пронзительно и надрывно.

Птица подняла голову и, как показалось Ясеню, усмехнулась по-человечески. Глава у нее были почему-то не желтые, а багровые, наполненные огнем. Пернатая тварь задумчиво склонила башку, словно примеривалась к дверному проему.

Ясень понял, что сейчас будет.

Он дернул девчонку к себе, подальше от входа. Вовремя — клюв, измазанный кровью, щелкнул у нее перед носом. Птица почти протиснулась в дверь, но мешали крылья. Рама трещала, а ястреб, хрипя, вытягивал шею. Ясень отвел руку для удара, но проклятая птица уловила его движение и отпрянула назад, на крыльцо. Секунду они зло таращились друг на друга.

— Урод, — сказал Ясень.

Обернулся в девчонке, взял ее за плечо и потащил за собой — прочь из сеней, на другую сторону дома. Прикидывал лихорадочно — дворик, где осталась птица, довольно тесный, а сверху нависают деревья. С крыши-то ястреб спрыгнул, а вот взлететь обратно будет труднее. Если и сможет, то не сразу, будем надеяться. Глядишь, оторвемся. Можно, конечно, в доме затаиться и ждать, да только есть подозрение, что ястребок не один явился — просто раньше других успел. Вот только непонятно, почему он без седока? Сбесился, сбежал из стойла? Ага, и вот именно сюда приперся, именно в это время. Нет, ребята, не верится в такие совпадения, извините…

Вообще, ездовые птицы — создания глупые, без человека с них толку мало. Но этот гад смотрел уж больно осмысленно. Или это не птица вовсе, а Древнейший в истинном облике? Аристократ из ястребиного клана?

Нет, стоп, такого не может быть. В обычном мире превращаться нельзя — только на Берегу Творения. По крайней мере, так говорила Криста. Неужели врала, змеюка? Что она, что дева-судьба — дурят Ясеня просто наперебой…

Или это он со страху нафантазировал? А там, на крыльце, обычная птица, просто ее так надрессировали? Ладно, сейчас некогда ломать голову…

Они подбежали к окну. Ясень высадил хлипкую и тонкую раму, делившую проем на четыре части. Выглянул на улицу — вроде бы, никого. Быстро полез наружу, ударился макушкой; спрыгнул на землю, матерясь про себя, развернулся, помог девчонке.

— Быстрее!

Ястреб вопил на заднем дворе, пытаясь взлететь. Похоже, от злости соображать перестал, иначе догадался бы обежать вокруг дома, чтобы найти открытое место…

Ясень с девчонкой выскочили на улицу и сразу, не сговариваясь, посмотрели на небо. С юга приближались еще две птицы — на этот раз, как и положено, с седоками на спинах. Те тоже заметили беглецов. В траву на обочине вонзилась стрела — предупредительный выстрел. Похоже, намерены взять живьем. Птицы на бреющем полете промчались прямо над головой.

— Сюда!

Он потащил девчонку к дому напротив. Перекинул руку через низкий штакетник, поднял щеколду. Охотники уже разворачивались, чтобы снова зайти на цель, а с юга к ним спешила подмога — три или четыре распластанных силуэта на фоне бледного неба.

Беглецы скользнули во двор и вздрогнули он надсадного лая. Лохматый кобель метнулся из будки, скаля клыки. Ясень рубанул мечом сверху вниз — что называется, со всей дури. Лай оборвался. Они забежали за угол, а сверху их прикрыли кроны деревьев. Сзади хлопали крылья — летуны садились на улицу.

Хозяин дома выскочил на шум, замахал руками. Ясень, недолго думая, двинул ему ногой в брюхо. Мужик согнулся. Они проскочили двор, бросились к огороду, но и туда уже приземлялась птица. Ясень завертел головой, рыча от бессилия. На глаза попалась колода для колки дров. Он переложил меч в левую руку, а правой схватил топор.

Охотник, бросив поводья, тянул стрелу из колчана. До него было шагов семь. Ясень, размахнувшись, швырнул колун ему в грудь. От удара обухом наездник выронил лук и начал сползать с седла. Птица дернулась в сторону, заверещала. Ясень подкрадывался, пытаясь сообразить, сможет ли она унести двоих, но сзади заорали:

— Стоять!

Он оглянулся через плечо. Один из преследователей, натянув тетиву, держал на прицеле девушку.

— Брось меч, или я стреляю.

«Брешет», — подумал Ясень. Хотел бы убить, убил бы сразу. С другой стороны, стрелу ведь можно в ногу воткнуть — не насмерть, но приятного мало. Этот кретин, похоже, так и задумал. И девчонка побледнела совсем. Нет, лучше не рисковать…

— Ладно, — сказал Ясень. — Бросаю.

С улицы подтянулись другие лучники, еще две птицы сели на огороде. Ясень, пока ему вязали за спиной руки, пересчитал противников. Шестеро — все невысокие, худые и легкие. Ну, правильно, их специально так подбирают, чтобы птицы не надорвались. И, конечно, знаки ястребиного клана — черные и желтые полоски у каждого на скуле.

Командир отряда сначала подошел к пострадавшему, который получил топором. Склонился, что-то спросил. Потом приблизился к Ясеню и, ни слова не говоря, с размаху врезал под дых. Ясень скрючился, перед глазами поплыли пятна. Сзади ударили по ногам, так что подломились колени, потом в спину между лопаток. Он повалился на землю. Ему пнули ногой по ребрам и явно собирались добавить, но сквозь красную пелену пробился чей-то повелительный голос:

— Отставить.

Ясень скосил глаза. Ого, высокие гости! Неподалеку стоял Древнейший — мужчина с тонкими чертами лица и с длинными белыми волосами. Фамильная мода — всегда они с такими прическами, аристократы из рода Ястреба.

Аристократ поглядел на пленника, потом обернулся к девушке. С полминуты молчал. Наконец хмыкнул и произнес:

— Ну, здравствуй, кузина Тайя.

Ясень навострил уши. Кузина, значит? Теперь понятно, откуда такая внешность. Узнать бы еще, зачем в крестьянку переоделась и пряталась. Но, в любом случае, приятно познакомиться, Тайя. А то ведь мы с вами до сих пор еще не представлены…

— Итак, кузина, — длинноволосый подошел ближе, — позвольте полюбопытствовать, почему вы так долго избегли встречи с семьей? Это, знаете ли, невежливо. Да и соскучились мы изрядно. Восемь лет, подумать только! Я ведь не ошибаюсь? Нет-нет, все верно. Помните, тогда, перед сменой цикла? Вы гуляли в сквере у Поющих Ворот — прелестное дитя, отец в вас души не чаял…

Он протянул руку и коснулся ее щеки. Тайя брезгливо дернулась, словно на нее села муха. Аристократ усмехнулся:

— Впрочем, с тех пор вы даже похорошели. Распустились как роза. Или, если угодно, налились как спелое яблочко — так ведь принято выражаться в кругах, где вы сейчас вращаетесь? Я не издеваюсь, вы не подумайте. Горный воздух вам явно пошел на пользу. Вот только загар этот, говоря между нами, смотрится несколько чужеродно.

— Что поделать, кузен, — она взяла себя в руки; голос звучал спокойно и ровно, — я несколько отстала от моды. И, боюсь, утратила безукоризненные манеры. Так что вряд ли произведу фурор на королевском балу, случись мне там оказаться. Но это слишком грустная тема для разговора. Скажете лучше, почему братец Руфус не явился лично, чтобы меня поприветствовать? Мне казалось, он очень ждал подобной возможности. Или за эти годы он ко мне охладел?

— Ну, что вы, кузина. Ни в коем случае! Братец к вам буквально рвался, поверьте на слово. Но, к сожалению, возникли некоторые досадные обстоятельства, из-за которых беседа состояться не может. Поэтому пока вам придется удовольствоваться моим, пусть и скромным, обществом. Пользуясь случаем, приглашаю вас к себе на корабль.

— Я не в силах вам отказать. Разрешите попросить лишь о маленьком одолжении?

— Слушаю вас внимательно.

— Мой сопровождающий, — девушка кивнула на Ясеня. — Не убивайте его. Он просто хотел меня защитить.

— Само собой, дорогая. Мы же Ястребы, а не какие-нибудь шакалы, — аристократ усмехнулся. — Тем более, к этому драчуну у меня еще есть вопросы. Так что он поедет с нами, живой и вполне здоровый. Мои люди его проводят. Ну, а теперь — прошу.

Беловолосый и Тайя пошли к калитке. Следом погнали Ясеня. Хозяин дома, отиравшийся у крыльца, дернулся было к пленнику (кажется, хотел плюнуть в лицо), но его оттеснили в сторону.

Над дохлым псом у забора кружились мухи. На улице было тесно — три оседланных птицы, несколько человек на конях, зеваки из соседних домов. Птицы топорщили перья, кони фыркали, а люди галдели. Отсутствовал только тот загадочный ястреб без седока, который убил телохранителей Тайи. Может, уже улетел, а может, до сих пор сидел на заднем дворе.

Аристократ подозвал перерожденного скакуна темной масти, девушке подвели обычного жеребца. Они с охраной неспешно двинулись прочь. Ясеня же подтолкнули к сивой кобыле с унылой мордой.

— Чего стоишь? Залезай.

— Руки развяжи, пернатый.

— Заткнись.

Получив затрещину, Ясень вздохнул, сунул ногу в стремя и осторожно попытался влезть кобыле на спину, но сразу потерял равновесие. Свалился в пыль и больно ушиб плечо. В толпе издевательски засмеялись.

— Прекратить.

Командир летунов стоял у калитки. Бойцы с сожалением подняли пленника и запихнули в седло. Один верховой поехал чуть впереди, кобыла с Ясенем покорно шагала следом. Двигались не в центр города, а на юг, в сторону воздушного порта. Народ на улицах расступался и удивленно пялился. Мальчишки показывали на Ясеня пальцами.

Порт, наконец, открылся во всей красе, плеснул в глаза разноцветьем, будто необъятная клумба. Тонкие мачты тянулись к небу, как стебли с бутонами свернутых парусов. Здесь были гигантские сухогрузы Воздушной гильдии, шустрые пакетботы, рейсовые побитые шхуны и личные яхты — изящные, как игрушки. Белые паруса на пассажирских судах, светло-лиловые на гильдейских транспортах, фиалковые на яхтах. Вокруг сновали телеги, запряженные волами и лошадьми, грузики цепляли крючьями тюки, лебедки скрипели, кто-то кого-то костерил во весь голос. Справа готовились поднять трап, провожающие махали руками. Слева на корабле шел ремонт, визжала пила, остро пахло смолой и стружкой. Порт гудел, не смолкая, и никому не было дела до пленника со связанными руками.

В дальнем конце поля мелькнул бирюзово-красный драконий флаг. Ясень почувствовал, как сердце забилось чаще. Если сейчас оторваться, как-нибудь доскакать туда, то Драконы должны помочь. Ведь у него с собой опознавательный знак, который вручила Криста. С другой стороны, что он им расскажет? Аристократ из Ястребов похитил девицу? Ага, свою собственную кузину. То есть, по сути, вернул сбежавшего ребенка в семью. Ясень-то знает, что Тайя этого не хотела, но кто его будет слушать? Во всяком случае, ссориться с другим древнейшим родом точно не станут. А белобрысый, тем временем, увезет отсюда девчонку, и где их потом найдешь?..

— Слазь, приехали.

Он сообразил, что кобыла остановилась. Бойцы, не особенно церемонясь, стащили его с седла. Рядом высилась яхта — большая, двухмачтовая, с хищными обводами корпуса. Прибывшие шагнули на трап, и в тот же момент корабль как будто вздрогнул, а Ясень ощутил на себе враждебный нечеловеческий взгляд.


предыдущая глава | Дурман-звезда | cледующая глава