home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


4

Линда Тайлер родилась в Соединенных Штатах, однако, когда девочке исполнилось восемь лет и ее отец испарился в неизвестном направлении, мать-англичанка подхватила дорогую крошку и уехала на старое место жительства, в Англию. Линда едва не взбунтовалась, но права голоса еще не имела, и ей пришлось смириться со сменой друзей и школы — новые приятели на американку смотрели свысока.

Мать всю жизнь жила, как будто каждый день последний. Она не отказывала себе в экстремальных развлечениях, благо зарабатывала немало, и колесила по стране в компании таких же отчаянных людей, как и она сама. Линда видела ее в лучшем случае раз в неделю. Окончив школу, девушка хотела уехать обратно в Америку, но мать всеми правдами и неправдами убедила ее остаться. Казалось, Мардж Тайлер образумилась и возмечтала о семье и тихом уюте. Как бы не так: стоило Линде окончить первый курс Лондонской школы экономики по специальности «Финансы и учет», как матушка взялась за старое. Бросать учебное заведение, куда она поступила, приложив немало усилий, и где училась на отлично, Линда не захотела, хотя это означало — остаться в Англии еще на несколько лет.

Когда Линда писала дипломную работу, мать разбилась вместе с двумя нетрезвыми друзьями. То, что осталось от их машины, долго показывали в местных новостях в назидание другим. Линда достойно держалась: с Мардж они никогда не были достаточно близки. Несмотря на горе, она отлично защитила диплом и после празднования сего эпохального события взяла билет на первый же рейс до Нью-Йорка.

Город ее детства встретил Линду неприветливо: жилье удалось снять так себе, бешеные цены могли отпугнуть кого угодно, а предложенное место в заштатной компании не окупало всех трат. Пришлось искать местечко получше, хотя и тяжело было это делать без опыта. Линде чрезвычайно повезло: она увидела объявление о вакансии в «Майкрософте» и одной из первых пришла на конкурс. Ее образование, личное обаяние и превосходные знания в финансовой области вдохновили кадровый отдел, и Линду взяли на работу. С этого момента дела пошли на лад.

Линда была достаточно замкнутой, и к ней непросто было найти подход. Близких друзей она так и не приобрела, но через полгода службы в «Майкрософте» к ней подошел один из вышестоящих сотрудников и поинтересовался, не хочет ли она поработать на правительство.

Секретная служба США — кроме предотвращения подделки американских денег, долговых обязательств, прочих ценных документов, охраны президента и других значимых лиц — занималась еще и отслеживанием незаконной финансовой деятельности и краж личных данных. Джеймс — так звали сотрудника — обещал отличные перспективы роста и дополнительную (и немалую) зарплату. Линда согласилась: перспектива выбраться из убогой квартирки на задворках Нью-Йорка грела ей душу. Она полагала, что речь идет о работе с бумагами, которые надлежит анализировать в рамках строжайшей секретности. Именно этим она и занималась первый год: чистая работа с цифрами, блестящие успехи. За ней следили, ее поощряли и продвигали.

Линда не видела ничего плохого в том, чтобы работать на правительство. Наоборот, после многих лет жизни в Англии она, вернувшись, полюбила Америку еще сильнее. Здесь был ее дом, и дом следовало убирать, а те, кем интересовалась федеральная служба, были тараканами. Какая хозяйка потерпит живность у себя на кухне?

Линда самозабвенно отдавалась работе. Работа стала ее смыслом жизни. Она была очень разборчива в связях, и серьезный роман у нее случился только с одним человеком — с тем самым Джеймсом, который сделал ей столь выгодное предложение. Дело шло к свадьбе, Линда собиралась переезжать в дом жениха, когда однажды среди ночи в ее квартире раздался звонок. Алекс Томсетт, ее непосредственный начальник, стараясь выдерживать официальный тон, сообщил ей, что Джеймс убит при выполнении задания.

Тогда помертвевшая от горя Линда узнала о другой стороне своей работы, о которой до сих пор не задумывалась: многие из сотрудников секретной службы занимаются оперативной деятельностью, и Джеймс был из таких. Не всегда люди, попадавшие в поле зрения секретной службы, бывали этим довольны. Вернее, практически никогда. Только кто-то призывал адвокатов, требовал справедливого суда и, огрызаясь, платил огромные компенсации, а кто-то брался за оружие. Бывали и мирные граждане, укрывавшиеся от налогов, но попадались и крупные птицы, нажившие состояние на торговле оружием и наркотиками и финансировании терактов. Таких прижать было очень и очень сложно. Ими занималось и ФБР в целом, но там не хватало агентов для всех дел, так что секретная служба имела свой штат оперативников.

Линда не сразу оправилась после смерти Джеймса. Мало кто знал, насколько они были близки — и духовно и физически. Джеймс был умным, нежным, он был прекрасным любовником и боготворил Линду, а она отвечала ему взаимностью. Настоящая любовь немногословна, и о том, насколько глубокие чувства эти двое испытывают друг к другу, знали всего несколько человек. Линде дали бессрочный отпуск, однако она сама пожелала вернуться к работе уже через пару недель. Ею двигало желание прищучить того типа, чьи прихвостни убили Джеймса. Мерзавец стоял очень высоко, его состояние, нажитое на нелегальном ввозе мексиканских рабочих и наркотиках, исчислялось миллионами. Линда сама попросилась в агенты, и Алекс не стал ей отказывать. Она по-прежнему легально работала в «Майкрософте», только иногда брала отпуск за свой счет. Ее ценили и разрешали работать на дому. А тем временем Алекс начал готовить ее в оперативные агенты.

Линде пришлось очень многому научиться — она узнала о таких вещах, о которых и не подозревала раньше, обзавелась новыми привычками. Для всех она оставалась Линдой Тайлер, отличным финансовым консультантом, никто и не подозревал о ее двойной жизни. Первым ее заданием стал сбор информации о том самом человеке, что стоял за убийством Джеймса. Дело, имевшее кодовое название «Дело о динозаврах», было раскрыто в рекордные сроки и получило широкую огласку. Имена агентов, впрочем, не раскрывались: федералы строго за этим следили.

Убийца оказался за решеткой надолго, и Линда думала, что избавится от тоски по Джеймсу, но тоска не отпускала ее. Чтобы заглушить горе, она взялась за работу с еще большим рвением. Она стала еще более замкнутой и собранной, но научилась общаться с людьми, чтобы успешно собирать информацию. Благодаря работе Линды было раскрыто еще шесть преступлений, ее отметили медалью, разрешили приобрести новую квартиру и велели оставаться на старом месте службы в «Майкрософте». И тут, как по заказу, возникло дело Тони Мэтьюса. Алекс позвонил Линде и сказал, что она нужна.


Утро было теплым и солнечным — июнь в Нью-Йорке в этом году радовал отличной погодой. Линда совершила пробежку по ближайшему парку и вернулась домой — как раз вовремя, чтобы взять трубку стационарного телефона. Звонили с работы, начальство просило просмотреть присланные по электронной почте документы и милостиво разрешило мисс Тайлер сегодня не приходить в офис. Очень удобно, она сможет еще раз пролистать дело Мэтьюса и подумать, как действовать дальше. Любопытно, удалось ли ей зацепить Тони настолько, что он появится сам, или же придется брать инициативу в свои руки?

Характеристика, составленная психологами секретной службы, пока что не подвела Линду. Только вот психологи сходились в том, что Мэтьюс крайне противоречивый и непредсказуемый тип, от которого можно ждать практически чего угодно. Разнообразие его вкусов не поддавалось анализу и систематизации. Он любил блондинок, брюнеток, худеньких и пухленьких, низких и высоких, не интересовался их профессиями, он просто заводил с женщинами романы, длившиеся максимум неделю, и расставался — в большинстве случаев полюбовно, однако при такой текучке кадров частенько случались бурные выяснения отношений. Репортеры скандальной хроники обожали Тони. Он был их хлебом насущным, он охотно кормил их информацией, — то шикарная поп-звезда надает ему пощечин при всем честном народе, то непрезентабельная официантка, подцепленная в ночном клубе, публично потребует денег в качестве моральной компенсации. Мэтьюсу все было нипочем: стоило ему начать шутить перед журналистами — и они ели у него из рук. Линда подозревала, что скандалы были частью тонко продуманной пиар-компании. Видимо, после того как Мэтьюс, получив от отца миллионное наследство, возглавил корпорацию, решено было не делать из него человека, радикально изменившегося под грузом ответственности. Массмедиа требовали соли и перца, и их владелец пожертвовал респектабельностью в угоду рейтингу.

Линда пила зеленый чай и задумчиво листала пухлую папку. После смерти Джеймса она очень мало думала о самой себе, не тратила на это время. К чему? Единственный человек, которого она любила по-настоящему, ушел и не вернется. Линда каждую субботу ездила на кладбище, тем ее общение с близкими и ограничивалось. Где отец, она понятия не имела и не хотела знать. То, что осталось от матери, вспоминать не хотелось… А здесь и сейчас у нее есть работа, Алекс, милые коллеги в «Майкрософте», задушевная подруга Шейла и, возможно, персидский котенок в будущем. Линда подумывала об этом.

Нет, она не перестала чувствовать вкус к жизни, однако твердо усвоила: личное счастье не для нее. Она пробовала, ей ясно намекнули, что не стоит стараться. Остается выполнять свой долг — и будь что будет.

Тем более странным Линде показалось впечатление, которое произвел на нее Тони Мэтьюс. Те люди, в разоблачении которых она участвовала ранее, не были столь симпатичными. И столь сложными — тоже. Мэтьюс, видимо, обладает врожденной способностью нравиться, ничем иным нельзя объяснить то, что сейчас, думая о нем и просматривая его дело, она непроизвольно начала улыбаться. Как будто в нем живет вечный подросток, способный искренне обрадоваться как миллионному контракту, так и бигмаку. Впрочем, она могла бы просчитать это и раньше: в досье было ясно указано, что Мэтьюс любит приключенческие и фантастические фильмы, регулярно появляется на премьерах, ни одна церемония вручения «Оскара» не обходится без него; а еще он с детства коллекционирует комиксы. Линда уставилась в потолок, припоминая, как вчера менялось выражение глаз Тони. От смертельной усталости и скуки к искрометному веселью. Как он может переключаться подобным образом? Удивительно. Может, он не человек, а робот нового поколения?

Меньше надо смотреть Спилберга, сказала себе Линда.

Звонок в дверь прервал ее размышления. Кому она понадобилась в середине дня? Линда бросила взгляд на часы — пятнадцать минут третьего. Наверное, соседка пришла поболтать, очень уж словоохотливая старушка. Линда со вздохом поднялась с дивана, спрятала досье Мэтьюса в секретный шкафчик и побрела открывать. Посмотрела в глазок и не поверила.

Вот черт!

Она распахнула дверь и завороженно уставилась на гигантский букет орхидей, явившийся к ней на двух мужских, затянутых в стильные джинсы ногах. Впрочем, тут же выяснилось, что ноги принадлежат Тони Мэтьюсу: он слегка опустил букет и одарил Линду ослепительной улыбкой от лучших дантистов страны.

— Привет.

— Привет, — машинально ответила Линда, лихорадочно вспоминая, что у нее на голове воронье гнездо, а в гостиной валяются обертки от конфет. — Я вас не ждала.

— Если бы я захотел, чтобы вы меня ждали, то прислал бы делегацию. Можно войти? Кстати, это вам, если вы еще не догадались. — Тони сунул Линде букет, и ей пришлось взять шуршащий сверток.

— Спасибо. — Поколебавшись, она все же пригласила его войти.

Он непринужденно зашел в прихожую, сдвинул черные очки на затылок и присвистнул.

— Неплохо. Нанимали дизайнера или сами старались?

— Неподалеку есть хорошая фирма, они все сделали. У меня нет чувства стиля.

— Не сказал бы, судя по вчерашнему платью… Да и сейчас тоже ничего. — Он окинул взглядом ее домашний костюм и, не спрашивая разрешения, направился в гостиную. — Да, ребята поработали на славу. Сколько вы им заплатили?

— Такой интимный вопрос, Тони, — заметила Линда, соображая, куда поставить букет. — Вы меня шокируете.

— Что-то незаметно. — Он бросил взгляд на часы. — Покатаетесь со мной сегодня?

— Вы не думаете, что у меня могут быть какие-то планы?

— Нет. На вашей работе сказали, что вы сегодня не придете. Соглашайтесь, Линда, это всего на два часа. Потом у меня встреча, и я оставлю вас в покое.

— Ну… — Ее в очередной раз сбила с толку его стремительность. Видно, что время он терять не привык. У него все расписано по секундам, и он старательно вписал ее, мисс Тайлер из «Майкрософта», в свой рабочий график. Имей Линда на него виды другого рода, это бы ее обидело, а так — рассмешило.

Тони внимательно наблюдал за ее лицом.

— Ладно, — кивнула она. — Но только на пару часов. Подождите немного, я переоденусь.

— Только быстрее! — крикнул ей вслед Тони. — Красивые женщины любят приводить себя в порядок часами, но вы не просто красивая, а практически прекрасная!

Линда не нашла, куда поставить орхидеи, и в конце концов засунула букет в ванну, предварительно напустив туда холодной воды. Переодевание не заняло много времени: Линда сменила домашний костюм на черные джинсы и оранжевую футболку-стретч, расчесала волосы, мазнула помадой по губам и вернулась в гостиную.

Тони, заложив руки за спину, разглядывал фотографии, стоявшие на столе.

— Это ваш парень? — спросил он, кивая на фото Джеймса.

— Мой жених.

— О! Когда счастливое событие? — Наличие предполагаемого жениха в жизни Линды ничуть не смутило его.

— Никогда. Он погиб.

Мэтьюс выпрямился.

— Мои соболезнования.

— Это случилось достаточно давно. Идемте? Вы сами сказали, что у вас мало времени.

— Прошу. — Тони сделал широкий жест, как будто был здесь хозяином.

Весьма характерная деталь. Линда усмехнулась и пошла к выходу — видимо, Мэтьюсу уже успели доложить, что двери в ее квартире захлопываются автоматически.

У подъезда стояла низкая спортивная машина глубокого алого цвета. Солнечные блики скользили по полированной краске, и Линда остановилась, завороженная их игрой.

— Прошу. — Тони щелкнул брелоком: машина мигнула фарами и двери поднялись вверх, словно распахнулись два стальных крыла.

— Красиво. — Линда обошла «макларен» и заглянула в салон. Два пассажирских кресла располагались чуть дальше, чем кресло водителя. Одно было свободно, второе завалено всяким хламом. — А ваши милые телохранители сегодня с нами не поедут?

— Если вы готовы посадить Дейва на коленки, то я его позову, но, учтите, будет тесновато — с бронежилетом и боекомплектом Дейв весит килограммов сто десять.

— Ладно, так и быть, обойдемся без него. — Линда осторожно устроилась на кожаном сиденье, ноги тут же утонули в шерстяном ковре. — Надо же, как уютно. Я не думала, что гоночные машины похожи на кресло английской бабушки.

— Вы попали в точку, — усмехнулся Тони, устраиваясь в кресле водителя; дверцы закрылись. — «Макларен» создал англичанин, Гордон Марри, и этот сноб в своем репертуаре. — Он нажал на кнопку на панели управления, в салоне зазвучала неторопливая музыка. — Вы ездили когда-нибудь на спортивных машинах?

— Нет, — созналась Линда, поспешно пристегиваясь.

— Тогда получите незабываемые ощущения. — Тони повернул ключ зажигания.

В следующее мгновение Линда поняла, что имел в виду коварный Мэтьюс: с громовым раскатом заработал мощный мотор и сиденье завибрировало. По позвоночнику поползла дрожь, но ощущение, как ни странно, было приятным. Машина мягко тронулась с места, двигатель перешел на резкий, с металлическими нотками рев, и Линда почувствовала себя так, будто шасси находится прямо под нею. Ощущались все неровности шоссе, по дну машины барабанили мелкие камешки — ремонтировался фасад соседнего дома. Тони, снова скрывший глаза за солнечными очками, небрежно крутил руль. Несколько мгновений — и «макларен» вырвался на широкую магистраль, вливаясь в поток машин. К счастью, их было немного: середина дня, утренние пробки уже закончились, а для вечерних еще не время.

— Как ощущения? — поинтересовался Тони.

— Очень любопытно.

— Я не травмирую вас психологически, если прибавлю скорость?

Перед внутренним взором Линды мелькнуло воспоминание об искореженном остове машины на шоссе. С тайными страхами следует бороться: Линда решительно кивнула.

— Прибавляйте.

«Макларен» увеличил скорость. Здесь, на магистрали, при умелом управлении с ними вряд ли могло что-то случиться. Мэтьюс выглядел очень уверенным водителем. Линда посмотрела на него: внешне расслаблен, еле заметно улыбается, ему явно доставляет удовольствие быстрая езда. Сегодня он был похож на обычного жителя мегаполиса — джинсы, голубая футболка и небрежно наброшенная поверх нее клетчатая рубашка. Если не принимать во внимание машину, то миллиардера в Мэтьюсе выдавал только посверкивавший на запястье номерной «ролекс».

Тони обернулся, перехватил взгляд Линды и усмехнулся.

— А вы когда-нибудь участвовали в гонках? — спросила она, чтобы не молчать.

— Да, — серьезно, даже торжественно произнес он. — Однажды я застрял на сутки в немецкой деревушке, где были отличные девушки, а за забором отеля паслись коровы. И там проводился чемпионат деревни по картингу. Честное слово, я не устоял.

— Выиграли?

— А как же.

— Но здесь вы, конечно, так не гоняете?

— Конечно нет. Я не сумасшедший супергерой, чтоб устраивать гонки по улицам Нью-Йорка, — убедительно сказал Тони и вдавил в пол педаль газа.

Линду вжало в сиденье, и она мысленно перекрестилась. Мир за окнами машины ускорился, как будто в кино пленку пустили быстрее, чем следует. В кинотеатре на это смотреть смешно, а тут, в бешено летящей машине, было страшновато. Но Линда отчего-то не очень боялась, даже застарелые страхи отпустили. Стрелка спидометра подобралась к ста пятидесяти милям в час. Впереди замигал желтым светофор, и Тони дисциплинированно затормозил, но Линда почти не почувствовала перегрузки.

Дождавшись зеленого сигнала светофора, Тони повернул на Пятьдесят девятую. Мелькнул вчерашний «Макдоналдс», и через пару минут машина остановилась у одного из входов в Центральный парк. Тони заглушил мотор и с улыбкой обернулся к Линде.

— Надеюсь, не слишком вас напугал. Пойдемте съедим по мороженому?


предыдущая глава | Положение обязывает | cледующая глава







Loading...